?

Log in

No account? Create an account
наверное, мне про это просто надо написать. Я, впрочем, про Димку… - я просто живу

> Recent Entries
> Archive
> Friends
> Profile
> http://www.flickr.com/photos/84457027@N00

Links
мои фотографии

January 10th, 2009


Previous Entry Share Next Entry
03:04 pm
наверное, мне про это просто надо написать. Я, впрочем, про Димку регулярно писала и рассказывала всем вокруг.
Потому что, Дима - такой он - вечный герой моих рассказов. Как не рассказать про Диму и запорожец, про Диму и яхту, как Дима ставил меня на серф или вытаскивал из горной речки на Эльбрусе?



Я не очень-то хорошо помню, как мы с ним познакомились. Лет десять назад? Ему было чуть двадцать с хвостиком.
Он вернулся из очередного байдарочного похода, я в очередной раз вернулась к тому, к кому следовало вернуться. И это было Пирогово. Наше Пирогово, палаточный городок на берегу реки. Вечером пили чай и что-то покрепче и Димка рассказывал про всякие приключения в походе. Он все время перескакивал с места на место. Потом была баня. Мы с Димой все время ходили в баню. Это были тогда такие отличные походы в баню - Дима, может быть еще парочка молодых людей и много-много барышень, ну никак не меньше десяти.

Я вот так и думала, что если Дима умрет, у него на похоронах соберутся одни барышни, которых он любил. Даже фильм такой уже снят: "Мужчина, который любил женщин". Там и эпизод такой есть - кладбище, подъезжает много машин, открывается много дверей и выскакивает много барышень. Нет, в реальности все получилось по-другому. Было очень много барышень и очень много мужчин. Дима собрал вокруг себя много хороших людей, которым будет его не хватать.

Потом Дима ставил меня на серф. У него это хорошо получалось - ставить на серф. Это было какое-то странное время года - уже почти конец августа и очень холодно. Пирогово опустело, кто будет жить в палатке около реки в дождливое холодное время года? Нам было некуда податься. Все остальные, я думаю, просто любили жить в палатках.
Я упорно бодалась с серфом, а Димка ходил на втором серфе рядом. Вечером была баня и еще что-то пили. Димка он не пил, мы все пили.
У него тогда был штырь в ноге. Потому что он на Эльбрусе улетел в пропасть. Новые лыжи обкатывал, разогнался и тут какая-то тетенька-чайник из-за поворота выехала, пришлось, чтобы не сбить ее, улететь в пропасть.
У него был перелом ноги и штырь в ноге после. Он, как из больницы вышел, сразу отправился на соревнования по рок-н-роллу.
И меня когда на серфе учил, у него все еще штырь в ноге был.
- Так ничего, - говорил Дима, - только, когда подпрыгиваешь, приземляться больно.

Был какой-то прекрасный вечер, когда приехали пьяные соседи с кучей вина, взяли у Димки доску и ушли плавать, а взамен оставили нам кучу своего вина. Они вернулись под утро, отобрали у нас остатки вина, мы тогда уже почти все выпили и пару раз сходили искупаться, потому что было очень жарко, несмотря на то, что очень холодно.
У меня еще была сумасшедшая любовь. И эти странные остатки лета. И Димины девочки, имена которых совсем не запоминались. И эта по утрам манная каша. И он еще нас всех по утрам будил. Приходилось на него ругаться. Он все равно нас упорно будил:
- Пора вставать, сколько можно валяться.

Мы, вообще, встречались в основном летом. Как-то так получилось.
Впрочем, потом еще был димин день рождения на базе отдыха. Тоже сумасшедший день рождения. Когда все познакомились друг с другом и любили друг друга как сумасшедшие.
А следующим летом я училась водить машину на димином запорожце.
Дима и мой молодой человек решили поехать в баню. А чтобы не было скучно, посадили меня за руль.
Запорожцы Дима покупал по какой-то смешной цене. Они у него все время менялись.
У того были проблемы с коробкой передач, и я еще все время промахивалась мимо тормозной педали.
Пока мы ехали по деревне, было еще нечего. Но потом мои спутники решили, что неплохо бы и на Ярославку выехать.
Для начала я въехала в дерево. Вытолкали. Потом неслись по трассе. Мой молодой человек непрерывно хохотал на заднем сидение - нервное, как он сказал потом.
Димка же то нырял мне под ноги, оттормаживался, то переключал скорости.
А еще как-то мы ехали с Димкой тоже в баню. И Дима был за рулем. Мы обгоняли всех, просто всех на трассе делали. Помнится один джип все шел вровень с нами, сидящий за рулем шею выворачивал, пытаясь рассмотреть, кто же там за рулем.
А потом еще по радио кто-то спел песню: "Бетмен. Мимо запорожец пролетел"

Еще чуть позже Дима рассказывал, как они ездили в Волен кататься на сноубордах. И тоже на запорожце. Запорожец улетел в кювет, перевернувшись на крышу.
- Мы вылезли, поймали тачку и поехали дальше, - сказал Дима.
Он никогда не заморачивался по мелочам.

А еще, когда он ехал гоняться на яхте в Эстонию, ему полЭстонии помогало. Он сменил мильон машин по дороге.
А потом вернувшись, зашел к нам в палатку и сказал:
- да, кстати, там остров продается, думаю, не купить ли по дешевке.

Еще мы ездили с Димкой на Чегет, в год, когда Варьке в моем пузе было четыре месяца. Варькин папа тогда не с мог с нами поехать. Это был такой бесснежный январь. Заняться было особо нечем. Компания непьющая, к тому же и куда уж там пить, если четыре месяца. Мы как-то еще с макушки Чегета на третьей очереди катались. Я все больше на пузе. Какие-то лыжи неудачные попались. В прокате, а своих не было. Короткие и не отстегивались при падении.
И Димка придумал развлечение - пойти на ледник. Дима у нас всегда организатор и придумщик.
А еще про него без улыбки рассказывать. Потому что человека, который регулярно попадает в такие истории, и еще без потерь из них выходит, трудно было придумать.
И сколько раз мог утонуть в горной речке или просто на яхте врезавшись в большой лайнер. Но как-то всегда проносило.
Поэтому я знала, что Димка - бессмертный.

Дима нашел проводников, которые и повели нас на ледник. Собственно в той команде, а нас было человек десять, из них я и одна инструктор - барышни, никто не знал, что я - беременная. Кроме Димы. Иначе бы не взяли. А заняться было абсолютно нечем.

Там как-то все сразу пошло не по плану. Сначала в том месте, где мы должны были подниматься, сошла лавина и обходной путь по ущелью, занял мильон времени, потом оказалось, что в другом месте надо подниматься со страховкой по отвесной скале. У меня такого опыта не было и ботинки оказались очень скользкие. Но как-то поднялись. Все, кроме меня, были со сноубордами. У меня, как всегда, рюкзак аппаратуры. Где-то уже наверху я заторопилась и сбила дыхание. Меня тогда спас Ромка. Ему было четырнадцать и он все время ныл, что он устал. Поэтому мы часто отдыхали.
До вершины мы не успели дойти. В горах быстро темнеет. И проводники решили, что надо возвращаться. Надо было успеть вернуться, пока луна не скроется в ущелье.

Я тогда спускалась на спине проводника Саши. До сих пор обидно, что шапка на глаза съехала. Так ничего и не разглядела. Ночью ледник мерцает. Идешь по льду, а он весь огоньками светится. И не страшно совсем.

Внизу надо было пересечь горную речку. Они были настоящими джентельменами и пропустили меня вперед. И перед этим камень в воду столкнули, чтобы по нему пройти. Подскользнувшись, свалилась на этот камень, так что рюкзак с аппаратурой остались на спине. И как-то они все засуетились. А Димка спрыгнул в речку, чтобы меня вытащить. Ледяная речка зимой.
На следующее утро, у меня все было в порядке. Тетеньки - все-таки очень сильные создания. А у Димки температура под сорок. Наверное, перенервничал.

Потом мы еще с ним на яхте летом ходили. Варваре тогда месяца два было. Мы кого-то спасали на серфе, уплывшего.
И наверное, с того лета как-то периодически так на яхте Дима нас и катал.
Этим летом Дима устраивал для детей соревнование на "Оптимистах". Такие маленькие яхточки.
Варвара, как самая большая, шла сама. Остальные дети были с Димой и еще не помню с кем.
И как это обычно бывает, был такой проливной ливень. Просто полоса воды.
И еще Дима звал меня снимать гонки. У него регата была.
Моросил противный дождь, наша яхта мешала всем другим. Мужики на моей яхте что-то там пили. Память у диминой камеры быстро кончилась. Я замерзла ужасно.
И ты, Дима, еще потом сказал, что потерял флешку, я тебя тогда хотела убить. Впрочем, флешка потом нашлась.

Я так часто на тебя злилась. И на суету, и неуменость, и вот это вот умение постоянно попадать в разные идиотские ситуации, и радостно потом о них рассказывать, и за вот это вот, как ты меня вечно перебивал и не давал рассказать мои, в свою очередь, бестолковые истории. Только это же так, ну злишься, злишься на Диму, а потом вдруг и злость прошла.
- ну ладно тебе, - вот так вот улыбнется.

На самом деле, Дима, я даже не знаю, ну то есть понятно, что я без тебя проживу, жизнь продолжается, в конце концов ты постоянно куда-то исчезал, то яхты, то лыжи и борд, серф в Дахабе. И ну дней десять в году на год наберется нашего общения.
Но понимаешь, мне ужасно обидно, что ты вот так больше не зайдешь ко мне в палатку ночью, не сядешь на скамейку и не начнешь рассказывать свои дурацкие истории, которые я потом буду озвучивать в жж, а я не смогу больше тебя перебивать и орать - Дима, дай я скажу, ты меня совсем не слушаешь. И что на яхте мне больше не с кем будет сходить, понимаешь? И что у моей Варвары не будет больше вот такого вот Димы, который просто, пробегая мимо, обдал таким теплом, что до сих пор рыдаю и успокоиться не могу.
И что я теперь не могу вот так вот взять и позвонить тебе. И не услышу, как ты зовешь на свой день рождения. И с кем я теперь буду ходить в баню?
Мальчик-ураган, мальчик-ветер.

 


> Go to Top
LiveJournal.com