Iogannsb (iogannsb) wrote,
Iogannsb
iogannsb

и сто лет назад меня привели в одно новостное агентство. С работой у меня не складывались отношения после окончания института. Прописки не было, совок развалился, никому не нужны были ни инженеры-физики, ни инженеры-математики, вообще никто не был нужен.
Сосед по коммуналке, вернувшись под утро с работы, посмотрев на мою хмурую физиономию, сказал:
- Хочешь я тебя в наше новостное агентство устрою? Ты быстро печатаешь?
Его самого туда не так давно пристроили. Он только что вылетел из института стали и сплавов, писал стихи и постоянно менял девушек.


Через пару дней у меня уже была первая ночная смена.
Работа была абсолютно простая. Агентство специализировалось на выпуске дайджестов. Большое количество малчиков и девочек, и тех, кто как-то в силу особенностей психики задержался в этом нежном возрасте сидело в три смены, прослушивало все новостные каналы, записывало это все на аудио и видео кассеты. Были еще те, кто непрерывно читал газеты и журналы и делал выжимки из них. Моя же роль заключалась в следующем.
Малчики-операторы, которые записывали радио и телеэфир, приносили мне кассеты с кратким пояснением, что в ней - к примеру:
Ельцин о Чечне сегодня!
О Мавроди!
Выпускающий редактор подчеркивал, что нужно перепечатать слово в слово, что нужно сократить и пересказать основную мысль.
Дальше кассета вставлялась в магнитофон, девочка-печатающий редактор надевала наушниками, нажимала ногой на педаль и кассета начинала проигрываться. Девочка стучала по клавишам, как заведенная.

И вот моя первая ночь. Скорость у меня так себе, знаков восемьдесят в минуту.
В одиннадцать мне приносят коробку с кассетами, объясняют, как все работает. Я надеваю уши и вслушиваюсь в текст, понимая, что не понимаю, как это можно все печатать слово в слово.

Работали по три человека - выпускающий редактор, и два печатающих. Выпускающий, такой интеллегентный малчик в очках с филфака, смотрит с интересом:
- Слушай, все пошли на крышу водку пить, пойдем?
- Ты что, - говорю я, - я даже предложение не сумела еще напечатать.
- Ерунда, до утра времени много, - говорит он, - пошли, я тебе потом подсокращу задание, сегодня никаких важных новостей нет.

Весна. И жарко уже. Ночь. Звезды. Агентство арендует этаж заводского здания. Завод пустует. Из нашего офиса можно выйти на крышу, с которой хорошо видно Даниловский монастырь.
До сих удивляюсь, как это никто за много лет существования нашей конторы, так и не навернулся с этой крыши.

В ту ночь за меня допечатала вторая девочка-оператор.
У меня были три смены подряд. Три ночи подряд. Через пару недель скорость печатания увеличилась.
Смешная контора была. Денег платили мало. Граждане все работали юные или гастрабайтеры с высшим образованием или интеллегентные наркоманы, или истеричные психологи из МГУ, и нелепые музыканты. Все те, кому можно было платить мало и кому было абсолютно некуда деться. Что касалось меня, я была абсолютно уверена, что никогда не смогу зарабатывать деньги и была счастлива, что меня хоть куда-то взяли.

В каждой комнате у нас стояло по кровати. Рано закончил, можно поспать до первого метро. На ней все время кто-то спал в любое время суток. Мое большое сожаление было, что кровать была односпальная. В моей смене работала очень большая тетенька. Вдвоем мы с ней на этой кровати не умещались.
Еще был душ. Еще кормили. И платили ровно столько, что мне хватало на коммуналку и еду.
Но что это была за работа.
И такое занятное время.
И еще там все были в друг друга влюблены. Запах травы сшибал с ног, при входе в нашу шарашку. По ночам, закончив с работой, мы смотрели хорошее кино. Или сидели на крыше, рассматривая Москву с высоты птичьего полета.

В моей смене была Наташа. Очень старая тетенька. Мне было под двадцать пять. Ей под сорок. Ее сын работал в нашей же конторе. Да что там сын. И любовник тоже. Собственно, моя смена.

И вот так сидим мы, каждый в своих ушах, каждый стучит по своей клавиатуре, а ее любимый человек проверяет, что мы там уже вбили, и ругает нас за разные ошибки. Она снимает уши и говорит:
- А еще, когда мы работали в нашей ниишке давным давно, у нас была одна девушка, она сейчас по монастырям ездит. Так вот, жители окрестных домов как-то накатали жалобу директору нашего института, потому что эта девушка постоянно с кем-то на лестнице занималась любовью.

- Ага, - говорю я и натягиваю наушники.
В дверях уже маячат дружбаны:
- У тебя есть план? - спрашивают дружбаны. Я улыбаюсь и стучу по клавишам дальше.

Девушка в красном как раз снимается в клипах у Сукачева. Не люблю Сукачева. Вот как-то не склалось.
Я прихожу под утро, усаживаюсь на продавленный дермантиновый стул, протираю глаза сонно, нажимаю на кнопку чая.

На кухню выползают покурить девушка в красном и вечно-пьяная соседка Нина в рваном зеленом халате. Они еще не ложились. Время полседьмого утра.
- О, - радуюсь я им, - знаете сколько всего произошло за последние сутки?
И я уже почти сплю, и даже не слышу, что я несу, я пересказываю им все, что я впечатала за ночь.
- Shut up, - говорит мне девушка в красном, - у меня уже ухи от тебя пухнут.

Я пью свой чай и иду будить Леву. Ему пора в садик.

А еще у меня есть документальный фильм о мне из того времени, и о Леве, и о всех остальных. Только я не понимаю, как его можно сжать, чтобы выложить на ютуб. Там тридцать минут.
Subscribe

  • (no subject)

    Посмотреть эту публикацию в Instagram Публикация от Elena Rostunova (@erostunova) 1 Дек 2018 в…

  • (no subject)

    фотосессии новогодние полным ходом. Сбоку картинки есть стрелочка, можно полистать. Посмотреть эту публикацию в Instagram…

  • (no subject)

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 24 comments

  • (no subject)

    Посмотреть эту публикацию в Instagram Публикация от Elena Rostunova (@erostunova) 1 Дек 2018 в…

  • (no subject)

    фотосессии новогодние полным ходом. Сбоку картинки есть стрелочка, можно полистать. Посмотреть эту публикацию в Instagram…

  • (no subject)