December 19th, 2010

(no subject)

как-то меня спрашивали - ну как же так, почему на твоих фотографиях все выглядят ангелами. Сегодня у меня была очередная фотоистория. Мало того, что все пришли, мало того, что все были красивы, я каждый раз удивляюсь, как это так получается, что такое количество красивых людей приходить ко мне на съемки, они еще все были сущие ангелы. Правда, правда.
Сижу, рассматриваю их всех, так приятно на них всех смотреть.
Каждый раз думаю, что надо завязывать с подобного рода съемками. Это вполне себе такой тяжелый физический труд за не то, чтобы очень большие деньги. Но каждый раз, когда вижу результат, понимаю, что буду и дальше это делать. Знаете, когда снимаешь для журналов, не виден результат. А это очень важно. В данном случае, я понимаю, что все кто пришел ко мне, ни разу не пожалеют об этом. И у них будет настроение хорошее долго-долго. Это так важно, оказывается, ощущение, что ты что-то такое вот делаешь. Мелкое, но радостное очень.
Что касается всего остального. Дарлинг вот, к примеру, в Африку улетела несмотря на метель в Лондон. Пишет, что скучает, пишет, что приезжай.
Я тут как раз не так давно думала в минуту душевной печали, что жалко таки, что как-то трудно бывает вот так вот все бросить сразу и улететь в Лондон на неделю. Как ни крути, есть какие-то обязательства-обстоятельства, и я не самый-самый огромный раздолбай на этой планете.
Но когда в Лондоне снег и я опять это пропускаю, пусть даже там ужасно холодно, но я пропускаю снег в Лондоне, я слегка печалюсь таки. Но я пока подожду. Может денег заработаю или еще чего-нибудь прекрасное получится.
Суббота. Ночь. Или воскресенье. Утро.

(no subject)

Еще сегодня была прелестная барышня лет шести.
- И что же после съемки, - спрашиваю я ее, она зевает отчаянно, - поедете домой спать?
- Нет, что вы, - возмущается она, - мы в ресторан поедем.
- Что будешь там есть? - спрашиваю
- Картошку фри, - отвечает.
- А в макдональдс, - догадываюсь я.
- Нет, в ресторан, - возражает она.
- К сожалению, - говорит мама, - в любом ресторане, даже в японском она ест только картофель фри.
- Знакомая история, - говорю я. Варвара тоже везде ест картофель-фри

Еще у меня сегодня отличный Макс. Мы с ним в том году первый раз встречались. Но тогда лопнул шарик. Рома взял у Макса игрушку и до конца съемки Макс боялся, что Рома еще раз посягнет на игрушку. Поэтому Макс молчал все время.
В этот раз, Макс уже большой мальчик, целых три с половиной, уверяет, что ему тридцать три, он болтает, требует рожки, которые были в прошлый раз, не находит их и очень удивляется, просит снять шарик с потолка, носится колбасой и много чего еще. В конце концов за булочку, которую я купила себе на обед, обещает попозировать. В студии, которую я снимаю, второй этаж. На втором этаже за шторкой сидит Миша. В какой-то момент Миша спускается вниз покурить.

Макс удивлен.
- Это дед Мороз, - говорю я Максу, - он там подарки упаковывает. Только никому не рассказывай, ладно? Это будет наш секрет. Хорошо?
Макс так впечатлен Мишей, что какой-то время даже смирно сидит на табуреточке, поглядывая наверх.

Я рассматриваю картинки и думаю, что я занимаюсь заговариванием зубов на съемке. Ты разговариваешь с каждым по разному, но все сводится к этому - уболтать, чтобы с лица сошло напряжение. Иначе никак.
- Губы не сжимай так сильно, живот втяни, спину выпрями, губы расслабь, рот открой, закрой, живот втяни, палец верни на место, губы, губы, губы, - и так сто пятьдесят раз за съемку между непрерывной болтовней. Забавно, но это приносит результа