September 14th, 2017

(no subject)

Даже не неловко, что тут поделаешь, если не такой как все. Уже успел себя полюбить и принять за долгие годы то жизни с самим собой. Если все еще ребенок, так себя ощущаешь, но оболочка как-то постарела и опыта много жизненного, и все вокруг тебе все время объясняют, что ты давно уже не ребенок.
А у меня все те же самые восторги, которыми не всегда есть с кем поделиться. Сосед, который сидит передо мной в самолете, уронил свой айфон под сидение. Пытается достать. Но он такой длинный, что не складывается правильно, сосед этот. И я так по чуть-чуть двигаю этот айфон своей ногой. Подвигаю ближе, ближе и почему-то такой восторг внутри. И этот сосед вдруг наконец-то дотягивается и хватает свой айфон. И он точно не видел, что я ему ногой айфон двигала. И другой сосед, который сидит впереди сбоку, у него такие волосы - то самое серебро седины. Никогда такого не видела. Правильный свет и у него серебряная голова, так отливает. Я любуюсь, и так жалко, что нельзя ткнуть соседку сбоку и сказать - нет, вы только посмотрите, это чудо чудное. И еще он отказался от алкоголя. Совсем. Так и сказал - нихт.
И еще все время в иллюминаторе такие облака несутся. И кусок голубого неба, и перистые облака, и мелкие, и разной плотности и оттенок то голубой, то голубой с серым. Это так удивительно. Весь полет носом к иллюминатору.
Collapse )

(no subject)

C собственным ребенком проживаешь очередную молодость, очередную санту-барбару. Эти малчики под окнами. Эти девочки, приходящие в гости. Этот бассейн, где деточке можно два часа болтаться, думая о своем. Этот спрортзал, где растяжка. И круто будет сесть на шпагат. Это Роулинг, купленная в Вене за один евро, потому что читать было нечего. Эта подружка в Вене, которой деточка звонит в ночи, а она там где-то в пабе с какими-то австрийцами выпивает, вместо того, чтобы выслушивать новые истории по телефону. Эти новые одноклассники, один другого страньше.
Collapse )