March 10th, 2018

Коломна, продолжение

В Коломне огромное множество маленьких кафе, магазинчиков и столовых. Витрины. В этот раз зашли в магазин, торгующий мылом, в магазинчик торгующий калачами, в магазинчик, торгующий сладостями и пастилой. Катя сказала, что вот эти вот новогодние игрушки, которые в Коломне стоили полторы тысячи, в ГУМе на новый год продавали за три тысячи рублей.



Collapse )

(no subject)

- Доктор, а можно ли мне алкоголь? - спрашиваю.
- Ну, этиловый спирт спровоцирует отеки. Отеки увеличивают боль. Зато, чувствительность от алкоголя уменьшится.

Короче, пью сухое белое. Сейчас здесь будет много ошибок. Я теперь есть женщина с одной работающей рукой. Когда ты обычно печатаешь десятью пальцами в слепую быстрее чем думаешь, и неожиданно лишаешься этой возможности, одна рука - это сплошное поражение.
- Доктор, я просто как раз намедни подумала о том, что доросла до полтоса и ни одного перелома.
- Мысль материальна.

Вчерашняя ночь была тяжела. Деточка вздумала сходить на вечеринку. Где то в два ночи деточка говорила мне по телефону, что скоро будет дома. В три у деточки отключился телефон. Варин папа храпел и ругался. Он не понимал почему я волнуюсь. В четыре деточка появилась на пороге квартиры.
- Ах так, - сказала я, - ты даже не позвонила мне, значит, не поедешь в Ригу.

Потом мне не спалось. Пришлось вставать в пол одиннадцатого, чтобы успеть на наш праздник - нашему центру 22 года! С больной головой от бессонницы.
Я честно думала, что приду последней, но никто не сравнится с нашими африканцами. У них особые отношения со временем. А еще Ислам с Сарой были. Они же теперь работают и больше к нам не ходят. Так жалко. Жалко упущенных возможностей. Но если ты родился в Сирии или в Афганистане, или еще где-нибудь покруче, типа сам дурак, какая умная бы голова у тебя ни была бы.
- Как работа? - спрашиваю Сару.
- Стала понимать, что в мире существуют разные люди, - говорит.
Мы дождались всех и пошли в театр - шестнадцать минут пешком. Тротуары очищали от снега. Очищали ото льда отбойным молотком.
- Эй, простите, можно мы пройдем?
- Конечно, - ответили приветливо рабочие, - а вы бы могли бы их сфотографировать - наших друзей с отбойным молотком?
- Мы торопимся, я вас на обратном пути и не на телефон, хорошо? И пропустите наших мам, пожалуйста тоже.
- А что это они черные? - спросил один рабочий.
- У нас страна интернациональная, - говорю убедительно. Так убедительно, что вопросов больше нет. Что на это можно сказать? Я их сфотографировала на обратном пути.
Праздник удался. Как сказала Захал:
- Я думала будет скучно.

Было очень весело. И волонтеры у нас чудесные. А какие дети. Новенькие близнецы подростки - это такое не хилое вливание новой крови. Будет весело.

После праздника мы нашей Школой на коленке пошли гулять в Новодевичий монастырь - тринадцать человек.

- Представляешь, вчера зашла на Крутицкое подворье в церковь свечку поставить за помин душ БабЖени, тети Аллы, Коли, Димки, ну и разных там родственников. Подожгла свечку, воткнула в песок. Рядом уборщица с тряпкой нарисовалась, вид выжидающий.
- Я свечки затушу? - спрашивает, - мы их завтра на панихиде зажгем.
- Моя пусть горит, - говорю. У них в церковной лавке нынче продают свечи, которые вовремя были затушены. Цена в два раза ниже. И не стыдно совсем. Она затушила все, кроме моей. И все равно не ушла.

Подходим к монастырю. Выруливает какая то женщина.
- Если у вас экскурсия, вы должны платить денег, - говорит. А я как раз отвела в сторону своих мальчишек и рассказываю им, что чуть чуть потише. Подростки.
- Скажете хоть одно слово, - грозно говорит она, вас сразу выгонят!

Дети наши сразу притихли.
- А почему нельзя ничего говорить? - спрашивает Мина.
- Можно, - говорю.

Потом мы в церковь зашли.
- А тут можно сниматься? - спрашивают мальчишки
- Да, - говорю, - только тихо.
В тот же самый момент, когда Сара наставила телефон на Бахрама, Анджала, Ромула и Ислама, к нам подоша очередная гражданка, поджала губы и стала объяснять, как плохо мы все себя ведем. Меня это разозлило, если честно.
- Иисус Христос бы вас не одобрил, - сказала я ей тихо.
- Чего? - возмутилась она.
- Иисус вас бы не одобрил, ему не нравятся люди, которые осуждают других.
- А что они тут гримасы корчат? - выкрикнула она.
- Иисус бы вас точно не одобрил, - повторила я. В этом месте она потеряла к нам интерес.
Ровно через пять минут я сломала руку. Карма - bitch.

- Знаешь, как это случилось? Мы так весело шли по дорожке, а потом пытались уронить Бахрама в сугроб, я просто забыла, что мне полтос, опять забыла, подскользнулась и упала. Это было так больно, что я даже на миг забыла как дышать. Потом осознала, что это всего лишь левая рука, а через неделю у меня съемка в студии. Как-то так. Дети ужасно испугались. Ислам меня поднял.
- Ну, мама, - говорит деточка, - ну как так можно - а потом я пыталась завалить в сугроб своего ученика.

Короче жизнь с одной действующей рукой сулит интересные перспективы. Этот пост я раза в четыре дольше печатала, чем обычно. А еще много интересных задач - надеть лифчик, к примеру, или еду приготовить, или обуться. Хорошо, что у меня есть Варин папа