October 18th, 2018

(no subject)

В ночи хочется есть. Это не ново. Вы и так все знаете. В холодильнике обнаружился кусок сыра Манчего. Был съеден нашей небольшой семьей. В один миг.
Собственно, пришла деточка почти в двенадцать. Рассказала, как отлично она провела время. Жевала бутерброд с сыром Сваля, то ли белорусского, то ли литовского происхождения.
- Хочешь, - спрашиваю, - я тебе гречку с мясом разогрею?
- Ну давай, - говорит, - только чуть-чуть, - как же это вкусно, - говорит позже, - как же это вкусно.
Collapse )

(no subject)

Мардок наш пишет сочинения. Дома. Еще три года назад я просила его писать дома что-нибудь, чтобы тренироваться. Он так вошел во вкус, что регулярно приносит мне листочки, исписанные печатными буквами. Обычно это все про жизнь. Начинаются стандартно - проснулся, съел кашу с молоком, умылся, помолился, сходил во двор, там никого не было, позвонил друг другу. И в таком духе - дневниковые записи одного ребенка, который внешне уже взрослый, а в душе все еще маленький малчик.

В этот раз он мне принес сочинения за лето:
- Только ты обязательно прочитай, Лен, ладно, это будет очень интересно, - говорит.
- Конечно, прочитаю. Мне же очень интересно.
В сочинении он написал, что летом к нему приезжал Ислам, они с ним ходили на речку, купались, ели где-то вместе. Еще у них был видеочат с Бахрамом и Зульфикаром.
Это так радостно. Представляете, живете вы в чужой стране. Родители заняты выживанием, добычей денег. А вы предоставлены сами себе. В школу вас не берут. Цвет кожи у вас неправильный, разрез глаз у вас неправильный. Акцент совсем не тот. И никаких друзей.
И тут они приходят к нам и находят себе друзей. Пусть это друзья по несчастью. Случайно оказавшиеся вместе. Но и это уже много. В прошлом году я так орала, так орала и топала ногами, когда Ислам вдруг вздумал обижать Мардока. А Мардок потом под шумок, почувствовав, что я встала на его защиту, начал обзывать Ислама разными прозвищами. И я орала, разводила их по разным углам, запрещала даже смотреть в сторону друг друга. И Бахрама они вздумали называть бараном. И я тоже с этим боролась. Чтобы они потом летом соскучились друг по другу, ездили друг к другу в гости и устраивали видеочаты. Очень духоподъемно.

Сегодня же еще думала, что радость - она конечна. Так потихонечку берет и кончается. Выдано ее сколько-то там на жизнь, каждому свое количество отмерено. И вот, израсходовал и вот ты уже грустная старушка. Бережно надо с этой радостью все-таки. Впрочем, некоторым этой радости столько отсыпают, что и за всю жизнь не израсходовать. Может быть потому что они - оптимисты.