April 14th, 2021

(no subject)

- у него там один носок, понимаешь, один носок остался в cтиральной машинке. Он нервничает, - говорит мне позже Варя. Перед этим она закрылась в ванной. Вариному папе срочно туда надо было, он развешивал белье, один носок где-то потерялся. Он стучал и спрашивал, скоро ли она выйдет. Его волновала судьба носка.
- Так вот, я ему звоню пожаловаться на тебя. Он говорит мне: "Если что, звони мне, я тебя буду защищать от нее". И я ему: "Представляю, ты будешь прятаться за меня".
- Очень удобно, когда у тебя два родителя. Один плохой полицейский, второй хороший. Я, конечно же, тот самый плохой. А так твоему папе приходилось сразу бы в двух ролях выступать.
Сегодня деточка проснулась в полтретьего. Мы договаривались, что я буду ее снимать. В четыре она доедала завтрак, глядя в телефончик. В телефончике давали в очередной раз сериал "Друзья"
- И вот, звонит мне Варя, чуть не плача, жалуется на маму.
- Ага, она проснулась в полтретьего.
- Ты же сама просыпаешься в одиннадцать.
- Ну в одиннадцать, не в полтретьего же.
- Так вот она звонит мне и говорит: мама сказала, что из меня ничего не выйдет, я никогда не научусь зарабатывать деньги!
- Все было не так. Я ей сказала, что вот многие говорят, что деньги в жизни не важны. Только потом они такие сидят без денег и грустят. Начинается с того, что они спят полдня. Потом они сидят и такие думают - хрена, я не учился, хрена я ничего не добился. Те, кто спят до трех, никогда не будут зарабывать деньги. А она мне такая - почему ты меня обесцениваешь. Почему ты меня программируешь на будущее. А я такая - то есть все свои косяки будешь на меня вешать? Нет, на самом деле, началось не с этого. Она приходит ко мне в свои три часа, еще даже не оделась. И говорит: может мне не надо в Вену? Может быть МЫ найдем мне здесь какое-нибудь более интересное занятие. МЫ? Понимаешь.
- И тут понеслось.
- И это как Радек. Такой с вечера - завтра будем сниматься. И ты, как дурак, ждешь, когда он наконец-то проснется, позавтракает, послоняется по квартире. А там и свет уйдет. И вот вечер. Свет фонарей и Радек такой - что-то ты не в настроении меня снимать. Вот вечно на вас всех нельзя рассчитывать.
- Ну, грозный воинствующий суслик, - звонит мне деточка в ночи. Мы с Вариным папой возвращаемся из гостей вдоль канала, - я тебя люблю. Я очень голодная. Купишь мне какого-нибудь мяса?
Деточка сходила на пилон. После пилона на кольцо, с которого она успешно упала. У деточки зверский аппетит. Деточка съела курицу под грибным соусом до пилона. После пилона доела мой вчерашний плов и заела печеной картошкой. И теперь ей хочется мяса. Так что мы заходим в ночную Азбуку вкуса.
И как я люблю, когда наконец-то тепло. Можно брести по ночной Москве. И ветер приятно холодит голые щиколотки

(no subject)

Совсем не собиралась идти сегодня к Басманному. Но сейчас особенно остро чувствуешь, как важна поддержка тем, кого судят. Впрочем, если вспомнить и по Болотному делу стояли у судов, и по Московскому. Не всегда есть возможность.
Народа было много. В отличии от судилища над Павлом Грин-Романовым.
Девяносто девять и девять совсем юные студенты.
Подошел один пожилой мужчина, узнать, почему столько людей.
- Судят редакторов студенческого журнала Доха.
- А здесь есть студенты Менделеевского?
- Может и есть, - говорим, - здесь много студентов.
- Они же химики. Они должны были бы подготовиться.
- К чему?
- Ну как к чему. Они же химики, хорошо соображают, - и ушел. И мы такие - это он так удачно пошутил, намекая на взрывы?
Collapse )