Москва была сегодня окуппирована милицией, армией и ОМОНОм. Мильон автобусов с надписью "Дети", в окнах которых спят омоновцы. Власти боятся? Кого, кстати? Толпа абсолютно мирная. Сильно недоумевающая уже, что мы все тут делаем. Лозунги орать надоело. Надо делать что-то дальше. Собственно, основная мысль, насколько я понимаю - что все мы делаем дальше?
Митинги свою роль выполнили, каждый почувствовал, что он не один. Каждый почувствовал, что мы теперь можем много еще чего. Осталось решить, в каком направлении двигаться дальше. Полезная штука.
Но все равно на митинге было приятно. Людей много прекрасных, поснимать всегда приятно. Военных только все-таки чересчур, везде военные машины, везде космонавты. Война, сплошная война. И солнце, и улыбки. Сначала встретила Васю, Вася кого-то увлеченно снимал. Поздоровались с Васей и разошлись в разные стороны.
Потом еще встретила Машу и Аню. Аня я снимала не так давно. Я что-то вдруг растерялась, хотя было приятно.
Потом еще мне улыбались две девушки. Улыбались и рассматривали. И я даже решила, что они меня узнали. И одна девушка мне говорит:
- Мы восхищаемся..., - И я сразу думаю: и вот зачем я вчера картинку в жж выкладывала, - мы восхищаемся вашими штанами, - продолжает она.
Смешно получилось. Рассказала, что штаны фирмы COS, куплены в Лондоне три года назад, с тех пор зимой только в шерстяных штанах.
Потом еще пообщалась с владельцем маленького щенка.
- Она терпела, терпела, - сказал мне владелец, - а потом кучу наложила. Ужасно неудобно.
- Ну она же еще щенок, - говорю.
- Ага, - отвечает.
Потом я еще посмотрела, как собрались фотографироваться на фоне большого презерватива с надписью про Пу японские туристы. И пока наконец одна из них пробралась сквозь снег к презервативу и встала, улыбаясь, в этот самый момент пришли два больших мужика, взяли презерватив и понесли его в проулки, митинг закончился.
Потом я еще встретила Олю. Мы с ней чуть-чуть поболтали. Я еще пару раз обошла Новый Арбат и пошла к ГУМУ в теплый бесплатный туалет. И тут я встретила Тасю. Вернее, она меня встретила.
Тася только что проводила Алену с Юрой к метро, а перед этим они успели выпить глинтвейн после митинга, и пошла обратно, посмотреть не случилось ли на митинге продолжения банкета. И тут она встретила меня.
И вместо того, чтобы повернуть вместе обратно, мы пошли в ГУМ, и такое было солнце, что из ГУМА мы вырулили на Третьяковку в "Хлеб насущный" и долго там сидели. И Тася рассказывала всякие грустные и не только истории про разные штуки.
И мне звонила Соня, спрашивала, все ли нормально, потому что слышала, что много кого задержали. Я сказала, что у нас все нормально и мы с Тасей сразу почувствовали, что жизнь прошла мимо, мы все пропустили
Мы с Тасей лет десять назад познакомились в Коктебеле. Мы с Левой вырулили из нашего переулка в сторону пляжа где-то около полудня и встретили двух девушек лет восемнадцати, как мне показалось, - одна была с бритой головой и поплотнее, вторая совсем худенькая с длинными волосами. Они тащили большие рюкзаки. И понятно было, что направляются они на нудистский пляж, где и будут ночевать. Я сначала решила, что они - пара. И еще я точно знала, что максимум завтра я их буду снимать на этом самом нудистском пляже, что и случилось.
- Здравствуй, Лена, - сказала мне Тася, - я - Тася.
Ну и конечно я не узнала ее в первые десять секунд, потому что Тася была в платке и с длинными волосами и еще потому что я ее не ожидала встретить и еще потому что в последний раз я ее видела пару лет назад у Алены дома, но я ее узнала в следующие десять.
И мы потом славно погуляли, и на этом наша личная революция закончилась и мы опять неудались как революционеры, а потом еще славно посидели. После вышли на Третьяковке из кафе и пошли пешком на Серпуховскую. Зашли в винный бутик, где раньше Маруся работала, которая нынче уже третий месяц по Индии болтается. Маруси не было, некому было подсказать, какое вино будет дешевым и качественным, и некому было сделать скидку. Постояли, постояли и пошли дальше.
Зато дома Варин папа уже второй день занимается уборкой, пока я по митингам болтаюсь, и сегодня ему удалось найти в недрах шкафа спрятанную, видимо, года три назад, им же спрятанную бутылку виски. Повезло, типа.
Митинги свою роль выполнили, каждый почувствовал, что он не один. Каждый почувствовал, что мы теперь можем много еще чего. Осталось решить, в каком направлении двигаться дальше. Полезная штука.
Но все равно на митинге было приятно. Людей много прекрасных, поснимать всегда приятно. Военных только все-таки чересчур, везде военные машины, везде космонавты. Война, сплошная война. И солнце, и улыбки. Сначала встретила Васю, Вася кого-то увлеченно снимал. Поздоровались с Васей и разошлись в разные стороны.
Потом еще встретила Машу и Аню. Аня я снимала не так давно. Я что-то вдруг растерялась, хотя было приятно.
Потом еще мне улыбались две девушки. Улыбались и рассматривали. И я даже решила, что они меня узнали. И одна девушка мне говорит:
- Мы восхищаемся..., - И я сразу думаю: и вот зачем я вчера картинку в жж выкладывала, - мы восхищаемся вашими штанами, - продолжает она.
Смешно получилось. Рассказала, что штаны фирмы COS, куплены в Лондоне три года назад, с тех пор зимой только в шерстяных штанах.
Потом еще пообщалась с владельцем маленького щенка.
- Она терпела, терпела, - сказал мне владелец, - а потом кучу наложила. Ужасно неудобно.
- Ну она же еще щенок, - говорю.
- Ага, - отвечает.
Потом я еще посмотрела, как собрались фотографироваться на фоне большого презерватива с надписью про Пу японские туристы. И пока наконец одна из них пробралась сквозь снег к презервативу и встала, улыбаясь, в этот самый момент пришли два больших мужика, взяли презерватив и понесли его в проулки, митинг закончился.
Потом я еще встретила Олю. Мы с ней чуть-чуть поболтали. Я еще пару раз обошла Новый Арбат и пошла к ГУМУ в теплый бесплатный туалет. И тут я встретила Тасю. Вернее, она меня встретила.
Тася только что проводила Алену с Юрой к метро, а перед этим они успели выпить глинтвейн после митинга, и пошла обратно, посмотреть не случилось ли на митинге продолжения банкета. И тут она встретила меня.
И вместо того, чтобы повернуть вместе обратно, мы пошли в ГУМ, и такое было солнце, что из ГУМА мы вырулили на Третьяковку в "Хлеб насущный" и долго там сидели. И Тася рассказывала всякие грустные и не только истории про разные штуки.
И мне звонила Соня, спрашивала, все ли нормально, потому что слышала, что много кого задержали. Я сказала, что у нас все нормально и мы с Тасей сразу почувствовали, что жизнь прошла мимо, мы все пропустили
Мы с Тасей лет десять назад познакомились в Коктебеле. Мы с Левой вырулили из нашего переулка в сторону пляжа где-то около полудня и встретили двух девушек лет восемнадцати, как мне показалось, - одна была с бритой головой и поплотнее, вторая совсем худенькая с длинными волосами. Они тащили большие рюкзаки. И понятно было, что направляются они на нудистский пляж, где и будут ночевать. Я сначала решила, что они - пара. И еще я точно знала, что максимум завтра я их буду снимать на этом самом нудистском пляже, что и случилось.
- Здравствуй, Лена, - сказала мне Тася, - я - Тася.
Ну и конечно я не узнала ее в первые десять секунд, потому что Тася была в платке и с длинными волосами и еще потому что я ее не ожидала встретить и еще потому что в последний раз я ее видела пару лет назад у Алены дома, но я ее узнала в следующие десять.
И мы потом славно погуляли, и на этом наша личная революция закончилась и мы опять неудались как революционеры, а потом еще славно посидели. После вышли на Третьяковке из кафе и пошли пешком на Серпуховскую. Зашли в винный бутик, где раньше Маруся работала, которая нынче уже третий месяц по Индии болтается. Маруси не было, некому было подсказать, какое вино будет дешевым и качественным, и некому было сделать скидку. Постояли, постояли и пошли дальше.
Зато дома Варин папа уже второй день занимается уборкой, пока я по митингам болтаюсь, и сегодня ему удалось найти в недрах шкафа спрятанную, видимо, года три назад, им же спрятанную бутылку виски. Повезло, типа.