Iogannsb (iogannsb) wrote,
Iogannsb
iogannsb

Categories:
Пару дней назад в Ашане купила себе тортик, знаете, такие, как бы карманные, однопорционные. Купила и забыла. Тут все эти революции, очень волнительно, не до тортиков.
Сейчас вдруг вспомнила про тортик. Кто-то, даже не знаю, кто из них двоих, отъел половину моего тортика, моего маленького, прекрасного, аккуратного тортика. И спят уже, гады, никого не призвать к ответу.


Тем временем позвонила Таша, которую не было слышно мильон лет. По скайпу.
- Я, - говорит Таша, - тебе сегодня звонила, со второго этажа автобуса. А ты трубку не взяла. Наверное на съемке была.
- Я, - отвечаю я ей, - в этот момент отчаянно толкалась с выезда с третьего транспортного на проспект Мира и мне кто-то сигналил и сзади и сбоку, а я пыталась вытащить телефон из кармана брюк, пока вытащила, нажала отбой. Номер не определился. Никому ведь и в голову не придет, что кто-то просто не смог вовремя вытащить телефон. Все такие деликатные.

Таша рассказала разные новости. Радек создал охренительную коллекцию, вернувшись из Индии, Гурме второй раз пригласили поучаствовать в Лондонской неделе мод, по поводу чего он наконец сводил Ташу в ресторан и заплатил, это что-то невероятно и все такое, Таша другая вся по неделям мод, то в Париже, то в Лондоне, то еще где-нибудь, Майкл по-прежнему, забыла спросить, как его коллекция, Джесс купила себе лодку, они взяли в кафе нового охренительно-красивого малчика, Лена Ростунова приезжай скорее, и теперь у Олиф и у Джесс по лодке, в которых они живут, у Таши новый сосед - удивительный и тоже очень-очень красивый садовник, Марк снимает кино на Сицилии. Рис заселился на Бриклейне и теперь его там можно постоянно встретить, у кого-то новая выставка, кого-то продают в Селфридже, а у моста на Бродвее нашли тело и поэтому поводу в Хакни много страха, много шуток, защита от страха, много полицейских, которые опросили уже всех - такие мелкие радости и горести. А в целом жизнь прекрасна, и ты, Лена Ростунова, когда я поздравляла тебя с днем рождения, опять забыла поставить скобочки, когда написала "спасибо". Как-то так. Короткая сводка новостей, что там мной пропущено. Другая жизнь, которая включается только где-то переступив за борт самолета в Хитроу.

- Я почему-то о тебе все эти три дня думала, - говорит мне Таша, - и порывалась тебе звонить все эти три дня. Может быть ты тоже обо мне думала.
- Может это потому, что я такая миленькая? - спрашиваю.
- Ни разу ты не миленькая, - отвечает Таша.
- Ну ладно, признайся, что я очень миленькая.
- Нет, - твердо отвечает она
- Ну хорошо, наверное ты боялась за меня, что какой-нибудь Омоновец даст мне по башке.

И мы с ней чуть-чуть беседуем. Ну это же обычная история, да.
Как одним холодным летом в сильный дождь я где-то в своем Пирогово в зимней куртке и резиновых сапогах болтаюсь в гамаке, у меня звонит телефон. Я как раз думаю про Лондон и что жизнь не удалась. И тут звонит телефон. Мой приятель говорит мне:
- Здравствуй, Лена, я тут в Лондоне на Ковент Гадене, стою напротив твоего Шона, который в красной шапке, смотрю его выступление, хочу с ним познакомиться, что мне делать?
И вместо того, чтобы сказать ему, как сильно я его ненавижу, лежа в гамаке под дождем в Пирогово, я говорю ему:
- Подойди к нему, скажи, привет, Шон, Лена Ростунова передавала тебе привет, а еще ты мне очень нравишься.

Мне потом Шон с восторгом рассказывал, как в один теплый день к нему подошел малчик и передал привет от меня.

Еще завтра рано вставать, часов в девять. Сегодня был такой же ужасный день. Рано вставать в девять часов и потом полдня вспоминаешь, как ты маленький, сидишь где-нибудь на диване, вместо того, чтобы уже в одетом виде маршировать в школу, зеваешь отчаянно и не можешь пошевелить ни рукой, ни ногой, проваливаешься в бесконечный сон.
Я не умею просыпаться так рано. Но работа - дело святое. Завтра рано вставать. Это значит, что срочно надо ложиться.

Сегодня полтора часа ехала пять километров по МКАДУ. Почти опоздала на съемку. На съемке, все еще в непроснувшемся виде, заехала себе стойкой, когда свет переставляла по зубам. Потом челюсть болела.

В какой-то момент пришла покупательница, они вечно нас принимают за продавцов, посмотрела на мой импульсный свет на стойках и спросила:
- Это продается? Скоро стоит? Мне такой нужен, картину освещать.

А у меня, как у любого настоящего "профессионала", который снимает весьма часто, свет внешне в вполне убитом состояние. Все поцарапанное, погнутые рефлекторы, давно пилоты не работают.
И это так мило. Она сказала, что это очень дизайнерские штуки, что она не отказалась бы такие иметь у себя дома.

И мне сегодня повезло ничего не разбить в этой дорогой интерьерной лавке. Еще сегодня мне звонила Варвара. Сегодня был не ее день. Первый раз она звонила из школы, она рыдала в трубку:
- Ты представляешь, Лилия Васильевна мне поставила двойку! По математике!
- Ага, - говорю я, таща стойку и прижимая телефон к уху, - за что?
- За то, что мы еще не учили! Я не хочу к ней больше ходить. Заберите меня от этой учительницы!

Сразу становится как-то жалко Лилию Васильевну. Выясняется, что она вызвала сначала Дашу, которой тоже поставили двойку, а потом Варвару. И не та, ни другая не смогли поделить четырехзначное число на двухзначное.
- Подожди, - говорю, - но ведь папа тебе объяснял, и я тебе объясняла и ты не смогла этого сделать?
- Мы это еще не проходили, - кричит моя деточка в трубку, движимая чувством справедливости, - и она не имела права это спрашивать.
- Ну ты же могла это решить?
- Мы это еще не проходили, - продолжает гнуть она
- Следующему тоже поставили двойку?
- Нет, была Нина, она умная и она сообразила как это решать.
С рыдающей деточкой говорить бессмысленно, отложила разговор на вечер.

Через пару часов звонит рыдающая деточка. Сегодня точно не ее день. Они зашли с бабушкой к ортодонту. И ортодонт сказал, что надо удалять два зуба. И вот они сидят в очереди и деточка рыдает, потому что точно будет больно.
- А давай я тебе за это что-нибудь сделаю? - спрашиваю я Варвару, - что-нибудь куплю, например.
Но глупая Варвара отказывается, это она только вечером говорит, что она сглупила, надо было что-то срочно попросить.

Ну и потом еще вечером звонит Таша и мы с ней болтаем по телефону. Она мне про Шордич, каналы, всех прекрасных, а я ей про революцию, грязь, тающий снег, лужи и лед.

- Ты как-то по-другому звучишь, - говорит мне Таша, - ты почему-то не говоришь, что все плохо.
- Разве я когда-нибудь это говорила? - удивляюсь я.
- Нет, ну у тебя всегда был такой голос
Я не верю. Просто бывает так и эдак, и настроение разное, и дни разные. И еще завтра рано вставать, и кто-то съел половинку моего тортика, не забуду, не прощу. Главное про это завтра не забыть
Subscribe

  • (no subject)

    У деточки в Вене похмелье и плохое настроение. У меня триста картинок на обработку. Красивых людей, которые себя не очень любят. Убираю двойные…

  • (no subject)

    Часть восемнадцатая. Все еще не последняя. В тот день, когда Алену с Аревик возили на апелляцию, полицейские обсуждали премию за их работу во время…

  • (no subject)

    Деточка Варя сдавала сегодня экзамен по химии. Видимо, как-то не очень. Видимо, кому-то не хватило времени. В чем-то хорошо быть мамой, которая такая…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments