Iogannsb (iogannsb) wrote,
Iogannsb
iogannsb

Categories:
В какой-то момент мозг взорвался. Я готовила свою традиционную курицу с овощами и рисом, Данни сидел на табуретке и говорил на-русском. Вернее, пытался говорить на-русском. Почти целый час. Периодически вскарабкиваясь на табуретку, которую мы около закрывающегося паба подобрали. Искажая все на свете. Чего хотеть от человека, который всего две недели провел в Новосибирске. Теперь думаю, что надо бы какие-нибудь методики нарыть, как учить человека русскому языку, но чтобы у меня на это уходило не больше часа в день.
- А давай ты будешь всегда со мной по-русски говорить, - сказал мне Данни.


- Данни, ты в нашем доме единственный носитель английского языка, - сказала я ему, - а я его еще так и не выучила.
- Да ладно тебе, ты хотя бы уже говоришь на нем, хоть и с ошибками и все понимаешь.
- Нет, Данни, я не могу все время говорить с тобой по-русски, - сказала я ему.
В этот момент появился Радек в очередной-внеочередной шляпе, и в очередном неземном наряде.
- Дай проездной, - сказал мне Радек.
- Нет, - сказала я ему.
- Дай проездной, - повторил Радек, - ничего с ним не случится.
Я задумалась на секунду. У меня студенческий проездной с моей фотографией. Иногда меня останавливают на станциях и проверяют его.
- Хорошо, - сказала я, - это значит, что если у тебя его отберут, ты оплатишь мне все расходы, да?
- Да. Только его у меня не отберут, - сказал Радек.
- Хорошо, но если отберут, ты знаешь, что ты будешь делать. И за это, ты мне попозируешь, хорошо?
- Нет, - сказал Радек.
- Тогда не получишь проездной.
Радек получил проездной и ушел в театр. Культурный Радек у нас.

Данни у себя в комнате слушал какую-то ужасную русскую группу. Я ему даже пыталась перевести, что он там слушает, там было что-то про руки и ноги, которыми они качают и взрывают танцпол. Но в целом, все это звучало так безграмотно и местами не понятно, что я бросила это дурацкое занятие.
В какой-то момент Данни оказался у меня на кровати вместе с нашей кошкой. Посмотрел, как я ищу материалы для эссе. Мы с ним совместно написали письмо моему куратору. С большими извинениями от меня, на всякий случай, если вдруг мой прекрасный куратор понял мою пламенную речь каким-нибудь другим образом.
Как это со мной бывает, чуть позже, проанализировав, осознала, что я вполне могла его обидеть, просто чисто, потерявшись в языке.

Потом Данни пошел спать. И минут через десять громкий хохот Марты донесся с третьего этажа. Я даже минуты три терпела, но, не выдержав, посла изучать обстановку.
Марта с Данни валялись в обнимку на Мартиной кровати. Марта пыталась повторить, со своим испанским акцентом, какую-то трудную английскую скороговорку и Данни смеялся над нами, и Марта смеялась над нами.
- Так ты пойдешь с Мартой в этот фетиш-клуб?
- Где мы должны будем выглядеть как проститутки? - спросила я.
- Ой, - сказала Марта, - тогда мне срочно начинать шить юбку Елене.

Я все еще искала материал, вернулся, абсолютно усталый, Радек. С продуктами. И в этом своем очередном упомрачительном наряде.
- Слушай, я тут рассказал концепт нашей с тобой съемки, - сказала я ему, - и она потрясла нашего куратора. Он сказал, что идея очень глубокая. А я даже не готовилась. Ну, помнишь, я тебе это уже толкала - про смерть, одиночество, полный дом лузеров и поиски себя. Целых десять минут вещала. Так вот, теперь я понимаю, что мне надо сделать немножко по-другому. Что-нибудь более неправильное, сильное и мутное. Так что сейчас ты будешь мне позировать в полной темноте.
- Нет, - сказал Радек, - во-первых, я голодный, во-вторых, не буду.
- Я тебе давала свой проездной, - напомнила я.
В итоге под дождем и в кромешной темноте за пять минут сделали пару очередных "гениальных" кадров. А потом еще Радек высовывался из окна, но не так усиленно как я хотела. И я ему кричала снизу, в почти двенадцать ночи:
- Мне нужно отчаяние, положи руки на подоконник, на них голову. И больше отчаяния в позе, слышишь? Мне нужно отчаяние.
- Но я боюсь, что рама упадет мне на голову, - говорил мне Радек, - и подоконник мокрый от дождя.
- Гильотина - это очень страшно, конечно, только делай, что я сказала, - кричала я ему снизу.
- Привет, - сказал кто-то очень пьяный рядом.
- О, привет, - сразу развеселился Радек.
Рядом со мной стоял абсолютно пьяный парнишка с грязным пятном на лбу.
- Что у тебя на лбу? - спросила я его.
- Это мы болели за австралийцев, это их флаг.
Но это пятно больше всего было похоже на грязь, чем на флаг.

Как-то в ночи на улице было холодно и неприкаянно. Парнишка этот, как оказался, тоже когда-то жил в нашем доме, и, конечно же, в моей комнате. Я уже человек пять встретила из тех, кто жил в моей комнате в разное время.
- Слушай, у тебя есть печенье? - спросил меня Радек.
- Ты уже съел почти все мое печенье, - ответила я ему, - не дам, - в этом месте моя совесть сразу стала как-то давить на меня.
- Но мне очень хочется печенья, - сказал Радек.
- Хорошо, за это я возьму твой джем, - сказала я ему, - мне как раз сегодня хочется чай с джемом.
- Но у тебя ведь есть свой джем, - сказал Радек
- Он у меня кончился, и наверняка, ты в этом тоже поучаствовал.
Сижу, пью чай с малиновым вареньем. Думаю об этике фотографии.
А куратору сегодня я объясняла, в очередной раз, про мое ощущение разницы в восприятии фотографии, в частности, и искусства, обычным человеком с пост-советского пространства и европейцев. Я ему говорила, что зачастую мы живем в таких безликих, некрасивых районах, абсолютно серых городах, в квартирах с низкими потолками, где душе никак не развернуться, в квартирах с видом на помойки и заводские трубы, что искать эстетику в этом уродстве никаких сил уже нет. И это - основная причина, с моей точки зрения, почему нам просто на физическом уровне необходима красота, и мы все время в поисках ее. Западные товарищи окружены таким прекрасным вокруг себя, что им отчаянно не хватает уродства. И они его регулярно находят. И поэтому, зачастую они показывают нам прекрасные фотографии наравне с абсолютно никакими фотографиями уродства, где ни цвета, ни света, ни души, ни эмоции и душа не летает. Но зато есть концепт.
В общем, после этого мне было стыдно. И мы с Данни писали письмо с извинениями.
Subscribe

  • (no subject)

    Почему-то посмотрели какую-то ну совсем, мне не нравится слово тупая, но как бы ну такое, комедию - Мы — Миллеры. В смысле, сойдет. Варин папа…

  • (no subject)

    - Я, когда в последний раз злоупотребила алкоголем, умудрилась добавить нескольких соседей по общаге в инстаграме. А также написать письмо в…

  • (no subject)

    Я ехала на дачу. В это время деточка Варя лежала или сидела на диванчике в кухне и рассказывала своим подписчикам в инстаграме на английском языке,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments