- Варвара съешь пиццу, иначе я расстроюсь и день пойдет коту под хвост.
- Я перед лагерем слишком волнуюсь, мне что-то не хочется есть.
- Слушай, до поезда еще два час и ты до сих пор ничего не ела.
- Ну хорошо, хорошо.

Варвара впихивает в себя половину пиццы.
- Съешь еще половину и я прощу тебе все твои грехи, - говорю я с пафосом.
- Ну вот еще, - подергивает она плечиком и уносится собирать чемодан. Не знаю, чего это я. Но мне как-то неспокойно, когда человек с утра не ел, а поезд в пять вечера.

Минут через пять Варин папа натыкается на половину оставшейся пиццы. Да, чтобы не было иллюзий, что это большая пиццы, сообщаю, что это кусок лепешки диаметром сантиметров в восемнадцать с сыром и помидорами.
- Варя, доешь пиццу, - говорит Варин папа.
- Мой живот слишком взволнован. Вам этого не понять. Давайте не ссориться перед отъездом.
- Хорошо устроилась, - бурчит Варин папа.
- Я тебя тоже люблю, - отвечает Варвара, запихивая в рюкзак пачки с ролтоном. Думаю, что деточка не пропадет с голода.
Звоню Леве. Просто так. Три часа дня.
- Как дела?
- Только проснулся.
- А я боялась тебе раньше позвонить.
- Зря, я бы проснулся раньше. Сейчас пойду завтракать. А вы чем занимаетесь?
- Варвару в лагерь собираем.
- В моем детстве никто не отправлял меня в лагерь.
В этом месте я всегда задыхаюсь от возмущения. В его детстве он всегда отказывался от всех лагерей. В Англию в шестнадцать лет я с трудом его отправила. Пришлось долго торговаться и чего-то там обещать. А теперь зато, память так избирательно работает, бедную деточку никто не отправлял в лагерь.