Вчера проводили Эрика. Четыре взрослых гражданки ждали почти три часа. Эрик всегда опаздывает. Однажды, когда я в очередной раз всплеснула руками:
- Эрик, ты опять опоздал на час, - Эрик, он так и не начал говорить по-русски, впрочем, он и был-то всего раз пять, с нуля за такое количество занятий разговориться трудно, показал мне экран своего телефона, на котором было минут на сорок меньше, чем на моем телефоне. Не на час меньше, а на сорок минут.
- Знаешь, у африканцев какие-то свои отношения со временем, - сказала Таня, - ну и потом, надо понимать, какой у нас контингент. Иногда они опаздывают. Иногда не приходят. Иногда врут и пытаются выманить деньги. Всякое бывает.
Наташа ушла, оставив Эрику подарок, альбом с фотографиями. Ей уже надо было бежать на работу. А мы все ждали и ждали. И хорошо, что дождались. Пришел Эрик с каким-то взрослым подозрительным мужиком. С которым он должен будет ехать в Краснодар. А мама почему-то уже уехала.
Они сказали, что у них были дела. Какие - не объяснили. Я опять подумала, про работорговцев, ну и как тут можно проверить, что будет дальше с Эриком.
Мы всучили ему альбом.
Это надо было снимать на видео. Когда он разорвал упаковочную бумагу и увидел фотокнигу. Спасибо, Наташа, что взяла это на себя.
Закрыл лицо руками и так стоял пару минут.
Позже мы еще прогулялись до Храма Христа Спасителя. Постояли на мосту, было ужасно холодно. И пошли в Теремок, кормить Эрика блинами. Хорошо, что с нами была Таня-спасительница. Которая говорит по-французски. Мы с Галей с нашим английским не особо канаем.
Эрик сказал, что я пишу по-французски лучше чем Галя. И был удивлен, когда мы сказали ему, что это все гугл-транслейт.
Только я пишу сначала на английском, перевожу это на французский. Потом с французского перевожу это на английский и русский. Если получается примерно то, что я хотела сказать, отправляю. Если нет, переписываю текст на английском по-другому.
У Гали времени меньше, поэтому она пишет на английском и не сверяет потом результат. Что гугл перевел, так и будет. Но чувствую, я с нашим центром скоро начну учить французский.
Я уже сто раз повторяла это, я очень рада, что я волонтерю в этой организации. Мало того, что у меня самой куча положительных эмоций. Я еще и приобрела целую кучу прекрасных людей.
Но вместе с тем, я регулярно получаю разнообразные полезные советы от разных людей, которые в последнее время стали меня раздражать. Раздражение - ужасная эмоция. И я никак не научусь говорить - спасибо, я вас услышал. А зачем-то вступаю в спор или в диалог, или в дискуссию.
Все, зачастую, сводится к только этим самым советам и моему раздражению.
Не хочу никого обидеть, но тем не менее, напишу про конкретные советы. К примеру, совет - дайте им компьютеры, займите их информатикой. Хорошо ведь звучит. Полезный, реально совет. С информатикой они в жизни не пропадут. Так ведь? И это правда, да.
У нас нет постоянного помещения. Из подвальчика, где до сих пор остались вещи центра, нас выгнали. В музее Москвы оставлять серьезные вещи не рекомендуется. Да и можем мы заниматься всего два раза в неделю. Когда музей Москвы может предоставить нам это время. Собственно, в эти два дня у нас проходят - русский - два часа, математика - один час, английский - один час и естествознание - один раз в неделю для тех, кто хоть что-то уже понимает по-русски.
С волонтерами у нас регулярные напряги. Мало кто может бесплатно в будни днем на регулярной основе заниматься с нашими детьми. Русский, английский эти позиции по волонтерам у нас пока закрыты.
А вот для математики парочка волонтеров не помешала бы.
А если еще и информатика - то есть при условии, что мы найдем ноуты на всех - восемнадцать бесплатных штук, и они смогут эти ноутбуки брать к себе домой, надо еще минимум четыре человека учителя-волонтера.
Ко всему прочему, наши дети приходят, а потом неожиданно уезжают. Жизнь беженцев сложна и непредсказуема. Наши афганские братья Сохраб, Наваб, Вахаб, Хамун и Муин ходили с сентября по ноябрь. Потом неожиданно исчезли, не успев попрощаться. У них остались и пособия-книжки, кстати. Но это ничего. Я новые распечатала для новеньких.
Но теперь подумаем про ноуты. То есть в такой ситуации нужны ноуты, которые регулярно будут появляться откуда-нибудь из воздуха, для вновь прибывших детей.
Дальше у нас были Дильшот с Довлатом. Вернулись домой пару недель назад. Мы по ним скучаем. Не уверена, что их русский сильно улучшился, но то, что им было с нами хорошо - это вот прямо двести процентов. Потом Боз с Гатом и Эрик.
Так вот, значит, надо было бы решить проблему с помещением, волонтерами и ноутбуками и вуаля, у нас есть информатика.
Когда я все это расписываю, предлагая взять на себя организацию процесса. Мы будем счастливы, если кто-то придет и скажет - у меня есть помещения, ноуты и четыре волонтера. Когда я это все расписываю, мне рассказывают - эй, это же вы хотите интегрировать детей. Так делайте это правильно.
Ну да, мы хотим интегрировать детей, не знаю, что это значит. А еще мы хотим, чтобы у них было место, где им тепло, где их любят, и где ими занимаются. С этой частью мы справляемся.
Или приходит ко мне моя подруга, с удивлением узнает, что я нынче преподаю русский в этом центре. И с ходу, не расспросив, не погуглив ничего про центр, говорит мне:
- Дорогая, о вас же никто не знает! Нельзя же так!
- О нас много кто знает, - говорю я ей, подразумевая, что если уж она о нас не знает, это не значит, что о нас никто не знает.
- Нет, сейчас я тебя научу, как сделать, чтобы о вас все узнали. Вы должны...
Советы - они же бесплатные да? И их так просто давать!
Или вот еще, один волонтер, который, к счастью, быстро отвалил. Пришел, посмотрел на наш крохотный подвальчик и спросил строго:
- А где же они будут бегать?
Мы пожали плечами.
- Как это, им что, здесь даже бегать негде? Ну знаете, тогда и результата никакого не будет!
Нет бы предложил нам сразу отличное здание под школу, с большим спортивным залом и просторной столовой с халявной едой. Мы же все за свои деньги покупаем. Волонтеры - за свои деньги. Недаром у нас статус - иностранного агента. Но это же наши дела - детьми заниматься. А они все нам дают отличные советы. Мы не ценим. Потому что - дураки.
Намедни же разговаривала с Дашей из Чарити шопа. Даша сетовала на то, что многие понимают свое участие в благотворительности вот ровно таким образом - дать полезный совет или, к примеру, позвонить и сообщить, что есть отличные коробки с вещами, только забирать надо самостоятельно, потому что у них нет времени.
С этим я тоже сталкивалась: а не могли бы вы у нас забрать вещи, они же вам точно пригодятся. И вот звонят сразу из пятнадцати мест. Некоторые даже готовы где-то встретиться, в метро, к примеру. И это понятно, у меня-то времени свободного много, если я бесплатно с детьми занимаюсь. И спина у меня, мало ли чего там болит. И я могу же чего-нибудь придумать.
В общем, мне только не понятно, почему вот это такое вечное надо объяснять - хочешь помогать - помоги. Не надо вот этих советов - как вам сделать так, чтобы у вас все было. Сделай это сам. Мы - неумехи в этой области. У нас силы ограничены. Но на самом деле, надо, видимо, просто научиться говорить - я вас услышал.
Кстати, бабушка Вариного папы с этим тоже научилась жить. Ей соседи регулярно предлагают какой-нибудь хлам для дачи. Она, как человек мега деликатный, не умеет отказываться. Поэтому ей приходится забирать, а потом самой, в ее семьдесят, тащить это до помойки. Зато соседи-друзья счастливы - классно же облагодетельствовали ее.
Это у меня наболело.
А здесь про текущую ситуацию Оля, наш директор, написала - http://mirror581.graniru.info/blogs/free/entries/248830.html
Здесь Светлана Ганнушкина https://meduza.io/feature/2016/02/19/privivka-ot-agressii
- Эрик, ты опять опоздал на час, - Эрик, он так и не начал говорить по-русски, впрочем, он и был-то всего раз пять, с нуля за такое количество занятий разговориться трудно, показал мне экран своего телефона, на котором было минут на сорок меньше, чем на моем телефоне. Не на час меньше, а на сорок минут.
- Знаешь, у африканцев какие-то свои отношения со временем, - сказала Таня, - ну и потом, надо понимать, какой у нас контингент. Иногда они опаздывают. Иногда не приходят. Иногда врут и пытаются выманить деньги. Всякое бывает.
Наташа ушла, оставив Эрику подарок, альбом с фотографиями. Ей уже надо было бежать на работу. А мы все ждали и ждали. И хорошо, что дождались. Пришел Эрик с каким-то взрослым подозрительным мужиком. С которым он должен будет ехать в Краснодар. А мама почему-то уже уехала.
Они сказали, что у них были дела. Какие - не объяснили. Я опять подумала, про работорговцев, ну и как тут можно проверить, что будет дальше с Эриком.
Мы всучили ему альбом.
Это надо было снимать на видео. Когда он разорвал упаковочную бумагу и увидел фотокнигу. Спасибо, Наташа, что взяла это на себя.
Закрыл лицо руками и так стоял пару минут.
Позже мы еще прогулялись до Храма Христа Спасителя. Постояли на мосту, было ужасно холодно. И пошли в Теремок, кормить Эрика блинами. Хорошо, что с нами была Таня-спасительница. Которая говорит по-французски. Мы с Галей с нашим английским не особо канаем.
Эрик сказал, что я пишу по-французски лучше чем Галя. И был удивлен, когда мы сказали ему, что это все гугл-транслейт.
Только я пишу сначала на английском, перевожу это на французский. Потом с французского перевожу это на английский и русский. Если получается примерно то, что я хотела сказать, отправляю. Если нет, переписываю текст на английском по-другому.
У Гали времени меньше, поэтому она пишет на английском и не сверяет потом результат. Что гугл перевел, так и будет. Но чувствую, я с нашим центром скоро начну учить французский.
Я уже сто раз повторяла это, я очень рада, что я волонтерю в этой организации. Мало того, что у меня самой куча положительных эмоций. Я еще и приобрела целую кучу прекрасных людей.
Но вместе с тем, я регулярно получаю разнообразные полезные советы от разных людей, которые в последнее время стали меня раздражать. Раздражение - ужасная эмоция. И я никак не научусь говорить - спасибо, я вас услышал. А зачем-то вступаю в спор или в диалог, или в дискуссию.
Все, зачастую, сводится к только этим самым советам и моему раздражению.
Не хочу никого обидеть, но тем не менее, напишу про конкретные советы. К примеру, совет - дайте им компьютеры, займите их информатикой. Хорошо ведь звучит. Полезный, реально совет. С информатикой они в жизни не пропадут. Так ведь? И это правда, да.
У нас нет постоянного помещения. Из подвальчика, где до сих пор остались вещи центра, нас выгнали. В музее Москвы оставлять серьезные вещи не рекомендуется. Да и можем мы заниматься всего два раза в неделю. Когда музей Москвы может предоставить нам это время. Собственно, в эти два дня у нас проходят - русский - два часа, математика - один час, английский - один час и естествознание - один раз в неделю для тех, кто хоть что-то уже понимает по-русски.
С волонтерами у нас регулярные напряги. Мало кто может бесплатно в будни днем на регулярной основе заниматься с нашими детьми. Русский, английский эти позиции по волонтерам у нас пока закрыты.
А вот для математики парочка волонтеров не помешала бы.
А если еще и информатика - то есть при условии, что мы найдем ноуты на всех - восемнадцать бесплатных штук, и они смогут эти ноутбуки брать к себе домой, надо еще минимум четыре человека учителя-волонтера.
Ко всему прочему, наши дети приходят, а потом неожиданно уезжают. Жизнь беженцев сложна и непредсказуема. Наши афганские братья Сохраб, Наваб, Вахаб, Хамун и Муин ходили с сентября по ноябрь. Потом неожиданно исчезли, не успев попрощаться. У них остались и пособия-книжки, кстати. Но это ничего. Я новые распечатала для новеньких.
Но теперь подумаем про ноуты. То есть в такой ситуации нужны ноуты, которые регулярно будут появляться откуда-нибудь из воздуха, для вновь прибывших детей.
Дальше у нас были Дильшот с Довлатом. Вернулись домой пару недель назад. Мы по ним скучаем. Не уверена, что их русский сильно улучшился, но то, что им было с нами хорошо - это вот прямо двести процентов. Потом Боз с Гатом и Эрик.
Так вот, значит, надо было бы решить проблему с помещением, волонтерами и ноутбуками и вуаля, у нас есть информатика.
Когда я все это расписываю, предлагая взять на себя организацию процесса. Мы будем счастливы, если кто-то придет и скажет - у меня есть помещения, ноуты и четыре волонтера. Когда я это все расписываю, мне рассказывают - эй, это же вы хотите интегрировать детей. Так делайте это правильно.
Ну да, мы хотим интегрировать детей, не знаю, что это значит. А еще мы хотим, чтобы у них было место, где им тепло, где их любят, и где ими занимаются. С этой частью мы справляемся.
Или приходит ко мне моя подруга, с удивлением узнает, что я нынче преподаю русский в этом центре. И с ходу, не расспросив, не погуглив ничего про центр, говорит мне:
- Дорогая, о вас же никто не знает! Нельзя же так!
- О нас много кто знает, - говорю я ей, подразумевая, что если уж она о нас не знает, это не значит, что о нас никто не знает.
- Нет, сейчас я тебя научу, как сделать, чтобы о вас все узнали. Вы должны...
Советы - они же бесплатные да? И их так просто давать!
Или вот еще, один волонтер, который, к счастью, быстро отвалил. Пришел, посмотрел на наш крохотный подвальчик и спросил строго:
- А где же они будут бегать?
Мы пожали плечами.
- Как это, им что, здесь даже бегать негде? Ну знаете, тогда и результата никакого не будет!
Нет бы предложил нам сразу отличное здание под школу, с большим спортивным залом и просторной столовой с халявной едой. Мы же все за свои деньги покупаем. Волонтеры - за свои деньги. Недаром у нас статус - иностранного агента. Но это же наши дела - детьми заниматься. А они все нам дают отличные советы. Мы не ценим. Потому что - дураки.
Намедни же разговаривала с Дашей из Чарити шопа. Даша сетовала на то, что многие понимают свое участие в благотворительности вот ровно таким образом - дать полезный совет или, к примеру, позвонить и сообщить, что есть отличные коробки с вещами, только забирать надо самостоятельно, потому что у них нет времени.
С этим я тоже сталкивалась: а не могли бы вы у нас забрать вещи, они же вам точно пригодятся. И вот звонят сразу из пятнадцати мест. Некоторые даже готовы где-то встретиться, в метро, к примеру. И это понятно, у меня-то времени свободного много, если я бесплатно с детьми занимаюсь. И спина у меня, мало ли чего там болит. И я могу же чего-нибудь придумать.
В общем, мне только не понятно, почему вот это такое вечное надо объяснять - хочешь помогать - помоги. Не надо вот этих советов - как вам сделать так, чтобы у вас все было. Сделай это сам. Мы - неумехи в этой области. У нас силы ограничены. Но на самом деле, надо, видимо, просто научиться говорить - я вас услышал.
Кстати, бабушка Вариного папы с этим тоже научилась жить. Ей соседи регулярно предлагают какой-нибудь хлам для дачи. Она, как человек мега деликатный, не умеет отказываться. Поэтому ей приходится забирать, а потом самой, в ее семьдесят, тащить это до помойки. Зато соседи-друзья счастливы - классно же облагодетельствовали ее.
Это у меня наболело.
А здесь про текущую ситуацию Оля, наш директор, написала - http://mirror581.graniru.info/blogs/free/entries/248830.html
Здесь Светлана Ганнушкина https://meduza.io/feature/2016/02/19/privivka-ot-agressii