Спускаемся с мамой вниз по лестнице. Она чуть впереди, я ключи в рюкзак запихиваю и тут вдруг слышу мамин голос: - Моя родная! - от неожиданности даже подскочила. Первая мысль - откуда в нашем подъезде Хлоя? Хлоя - моя племянница, ей еще пара месяцев до двух лет. И с моей точки зрения таким голосом моя мама может разговаривать только с Хлоей. И тут вижу смущающуюся собственную деточку. А за ней улыбающуюся Яну. И это ужасно смешно, на самом деле. Впрочем, надо сказать, мои дети очень терпеливы к бабушкам. Каждый раз удивляют, очень с пониманием и никаких грубостей. Я вот этого вот от них никогда не могла ожидать. Впрочем и бабушки с моими детьми тоже очень терпеливы. Любое - нет, это, именно, нет. И сразу отойти в сторонку. Тоже наблюдаю, каждый раз, с большим удивлением. У тинейджера все неровно. Как всегда. Тинейджер приходит из школы, размахивает руками, гневно извергает эмоции, что-то про то, что школа - это про унижение, про власть, и что все, точно - уйду в экстернат. - Но знаешь, - говорит тинейджер, - потом я вспомнила, что я давно не ела. Съела твои роллы и сразу всех простила. Иногда у тинейджера отличное, мирное настроение. И тогда они сидят где-нибудь на пятом этаже или в раздевалке полвечера и обсуждают проблемы мира и свои собственные. Сегодня тинейджер в компании с другими тинейджерами бежал, очень быстро бежал в сторону навеса. Просто неожиданно ливанул дождь. И они побежали. А С. на ходу пытался курить. - И что, сигарета все время тухла? - Типа того. А потом он споткнулся об ливневую решетку и упал. Но я не видела, как он упал. Мне просто показалось, что он уронил сигарету и теперь ищет ее в решетке. - Он ничего себе не сломал? - Челюсть ушиб, но так ничего. А я, понимаешь, я же не поняла, что он упал. Не увидела. Только Яна увидела. Яна ему - с тобой все в порядке? Ты не ушибся? А я мимо прошла, просто удивилась очень. - То есть ты показала себя как бездушная гражданка. - Ну да, получилось, что так. Фил сегодня отменился. У Фила у дочери был день рождения. Вместо Фила Варвара весь вечер смотрела какое-то кино. И хохотала. Только английские фразы иногда просачивались через дверь. - Ты сегодня что-нибудь нарисовала? - Нет, на уроке литературы сегодня я читала "Горе от ума". Ужасно смешной этот Фонвизин. - А о чем говорили на уроке литературы? - Не знаю, я же "Горе от ума" читала. Если урок скучный, у них там несколько таких подобралось, которые, впрочем, даже непонятно зачем в программе, она рисует. Думаю, это должно сильно раздражать. - Я все-таки перешла в более сильную группу, - говорит она про один из предметов, - он (учитель), видимо, не очень хотел меня отпускать. Сказал всей нашей группе - не завидую я тому учителю, у которого ты теперь будешь учиться. - Хорошо, что ты от него свалила, - говорю. - Ну да. Другой учитель спрашивает: "Ты обещаешь, что будешь учиться? У меня в группе надо учиться! Смотри, если что, я буду тебе напоминать!". Но я же уже не та девочка-семиклассница, которая носилась и что-то там орала. - Все меняется. - Ага. Занятные, конечно, перепады настроения. От этого вот - все надоели, всё надоело. Мне нужно новое общество! Уйду, сама не знаю куда, но уйду. Поступлю в другую школу. До этого вот - как же я люблю наш лицей и всех, кто в нем. Если вдруг случись, что кто-нибудь пойдет войной на лицей, я буду защищать его в первых рядах. Что касается меня, мне окончательно сняли диагноз боррелиоз. Хорошие врачи есть. И они не берут денег. И они почему-то реально вдруг решают поучаствовать в твоей судьбе. Теперь на повестке дня - склеродермия. Наконец-то, мне объяснили, что для начала надо хотя бы взять биопсию. То самое, о чем я читала на форумах. И да, разговаривая с инфекционистом сегодня, уяснила, что боррелиоз не так страшен, как об этом говорят на форумах. Что каждый первый нынче, приходящий к инфекционисту с клещом, пишет завещание и собирается покупать гроб - спасибо телевидению и прессе, но все это лечится, и все не так страшно. Хотя мне хорошо, конечно, у меня ведь нет больше боррелиоза. И даже и не было, судя по всему. Что-то другое выдало такие показатели.