Iogannsb (iogannsb) wrote,
Iogannsb
iogannsb

Categories:
Иногда тинейджер возвращается из школы в несколько ээээ раздраженном состоянии:
- Вот скажи, - говорит тинейджер, - зачем надо учиться?
- Чтобы было не скучно, - говорю, - для общего развития, чтобы понять, чем в жизни заниматься, чтобы мозги развивать. Вот если не учиться, чем ты бы сейчас занималась? Работала бы в магазине продавцом? Сидела бы с чужими детьми?
- Нет, я все равно не понимаю, зачем надо учиться, - говорит тинейджер нервно.
- Ну понимаешь, если ты уже появился на свет, тебе суждено всю жизнь учиться.
- А зачем появляться на свет?
- А это так получилось, должен был появиться и появился. Не обсуждается. Дистанцию придется пройти до конца.


- Между прочим, - говорит тинейджер грустно, - мне сейчас надо немедленно побыть одной. Я бы сейчас пошла гулять, чтобы подумать. А вместо этого у меня сначала Фил, а потом Виктория.

Вот и чудесно, - думаю я про себя.

Я делаю свою ежедневную зарядку, которая не то, чтобы сильно помогает от спины, но создает иллюзию, что я вполне сильна и уверенно иду по жизни. Варвара беседует с Филом. Он опять то ли в Китае и перебирается во Въетнам, то ли во Въетнаме и перебирается в Китай. Как всегда в каких-то странствиях.
- Ну, - голос его звучит бодро, - как твои дела, какие уроки сегодня были?
- Послушай-ка, Фил, - говорит ему Варвара, - зачем надо учиться?
- Человек учится всегда, - говорит Фил, - человек учится с самого рождения. В этом ему помогают родители.
- Ну это нормально для ребенка, - отвечает ему Варвара, - но вот зачем учиться мне?
- Ты сама легко можешь ответить на этот вопрос, - говорит он, - подумай? Начни с того, вот зачем ты учишь английский и немецкий?
- Чтобы можно было легко путешествовать, - отвечает ему Варвара.
- Может быть ты никогда из России не выедешь, но и тот, и другой язык тебе точно пригодятся, - говорит Фил.

Где-то уже после Виктории, сегодня у Варвары по графику английский и физика, Варвара выходит на кухню и говорит, что ей полегчало. Что Фил и Виктория - такие чудесные учителя, что сразу отпускает.
И она еще очень смешно рассказывает про одно "эпическое происшествие" в школе и "его никто не запалил". И заливисто смеется.
- О, давай, - говорю, - я об этом напишу в жж, - и тут же придут чьи-то умные родители и сразу всех запалят, как это обычно водится.
- Ну, мама, - говорит она, - не смешно.

В нашей "Школе на коленке" сегодня было шумно и весело. Занятно, как освоились детишки. Как Мадлена почти не заикается, со мной совсем не заикается. И смеется над моими дурацкими шутками. Босс ходят с Зульфикаром. Ровесники. Обсуждают что-то серьезно. Дастан садится играть с Зульфикаром в шашки.
- Ты же мне брат, - хлопает Зульфикара по плечу Босс, - отомсти за меня.
- Нет, не брат, - ворчит наш афганско-шиитский Зульфикар.
- Ну ты все равно отомсти, выиграй у него в шашки.
Дастан носится колбасой, в руках - свернутая пенка, этой пенкой он ловко машет во все стороны, пытаясь зацепить всех. И вот уже Дильшот, который на голову выше, носится следом за ним и осторожный Мухамед со спины пытается стукнуть Дастана пенкой. Перемена. Шум, гам. Давлатбек играет на пианино.
Гат около Анесу.
- Я хочу учить английский, - говорит мне Гат.
- Учи, у тебя же есть интернет, кто тебе мешает самостоятельно учить английский. В конце концов ты же выучил русский. Моя мама учит английский сама и ты сможешь.
На это все Гат рассказывает, что он еще ребенок. Жеребеночек тринадцати лет, выше уже почти на голову.

У меня теперь на русском - трое - Анесу, Дильшот и Давлатбек. Дильшот все время спит. У него открыты глаза, смотрит в одну точку. Вывести из этого положения довольно таки сложно. Все время приходится теребить. Дильшот не очень хорошо понимает. Но иногда вдруг выясняется, что знает какие-то слова, которые он, в принципе, не мог бы знать. Давлатбек понимает лучше и даже начал что-то говорить. Анесу, не знаю, какой словарный запас у Анесу. Надеюсь, слов сто наберется. Хотя это, конечно, скорее всего тщетная надежда. Поэтому я проговариваю историю с мальчиками, потом обращаюсь к Анесе, говорю еще раз медленно-медленно на русском и перехожу на английский, поясняя, что мы сейчас обсуждаем.

Обсуждали сегодня тему с псковскими подростками.
- Вот, - говорю, - Давлатбек, ты - папа, у тебя девочке четырнадцать лет, она влюбилась. Ты разрешишь ей видеться с ее любовью?
- Ну, - говорит, - рано.
- А если ты будешь знать точно, что если ты не разрешишь, она умрет?
- Тогда я встречусь с ним, посмотрю на него, скажу ему, что если что, я его убью и разрешу им встречаться.
- Дильшот, а ты?
- Мне все равно, - говорит, - пусть встречаются.
- Анесу?
- Нет, не разрешу, - говорит наша дочь священника.
- Анесу, но она же может умереть.
- Нет, - говорит, - я отправлю ее к психологу.
Малчики разочарованно присвистывают. Заметим, малчики наши - мусульмане. Анесу у нас христианка. В смысле, религия, конечно, тут совсем не причем. Но всегда интересно насколько это все накладывает отпечаток на конкретного человека.

Интересно, как быстро их всех причисляешь к своим. Давлатбек сегодня показывает видео с нашим Навабом, который теперь в Норвегии.
- Смотри, - говорит, - это уже его вторая девушка. Первая была в Афганистане, афганская. А теперь у него норвежская.
Наш Наваб ходит в качалку, много отжимается и подтягивается и выстроил себе уже тело терминатора. Все остальные малчики, его братья, насколько я помню, к спорту были абсолютно равнодушны.
И есть еще в этом какая-то степень доверия, когда одни ученики рассказывают тебе про других учеников, своих друзей. У нас и вправду такая маленькая дружная семья получилась.

И еще интересно, как они со своим очень-очень слабым русским общаются по-русски с Навабом, который в Норвегии уже ровно год и русский явно подзабыл. Вот и получается, что для узбекских Дильшота и Давлата и афганского Наваба русский стал языком, на котором они могут что-то сказать друг другу.

Псковских подростков жалко до дрожи, вот этой самой - ну почему, почему никто не спас. Почему учителя из школы не приехали. Или и вправду у них там не оказалось ни кого, кому были важны эти жизни, кто мог сказать - мы вас очень любим, вы нам очень нужны, пожалуйста, не делайте глупостей. Особенно тяжело осознавать, что, судя по всему, расстрелял их ОМОН, омону так было проще. И трудно представить, если бы их не убили, если бы они остались живы, какой тяжелой могла бы оказаться их жизнь - с возмущенными родителями, которые, видимо, любят как умеют. А умеют любить они не очень.
Так хочется, как в детстве, всех спасти, всех защитить. Вот так и думаешь, если бы ты был Господь Бог, как бы ты за всеми мог уследить и всех спасти? Никак. Только тех, кто рядом, если сил хватит. А хочется всех, и чтобы мир во все мире и счастья всем, счастья каждому.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments