Вчера был длинный-длинный день. Успела обняться с Тимом, он убежал раньше. Потом на кухню вошла грустная Кейт, как раз в тот момент, когда я рассказывала Марте про скандал с пятьдесят седьмой. Видимо, Кейт вошла на слове - секс с учителем.
- Ну вот, как всегда, - сказала мне Кейт. Мы обнялись и она ушла работать в свою школу.
Мы еще выпили чай. Марта сообщила, что даже если она не уедет в Барселону, для меня и моей семьи там всегда найдется одна уютненькая квартирка. И потом еще долго мне махала, пока я тащила за собой свой чемодан. Неудобно, между прочим, тащить чемодан, рюкзак, оглядываться и махать в ответ. Но при этом ужасно хочется и очень приятно, когда кто-то вот так вот машет тебе рукой.


Почти у магазина Кооп показался автобус. Шла, оглядываясь. Да, еще около полицейского участка как всегда ужасно воняло навозом. Лошади, понимаете. Полицейские лошади.
И тут вдруг автобус. И у меня чемодан с сыром - все вместе - пятнадцать килограмм. И еще рюкзак. Килограмм - десять. Это у меня карма такая. Эта, знаете ли, фотографическая техника весит немало. Ну и еще разный шоппинг и тот же самый сыр. Ну сами знаете. И я за автобусом. Не успела. Зря бежала, с чемоданом. Но следующий пришел неожиданно быстро, минут через десять.

В аэропорту была длинная очередь сначала на регистрацию. Как хорошо путешествовать с маленьким чемоданом. Этот этап пропускается автоматически. Когда-нибудь куплю себе маленькую легкую камеру, когда у меня будет много-много денег. Провела сорок минут в этой упоительной очереди, среди молдаван, которые по старой привычке жались друг к другу и ко мне заодно. Две недели в Лондоне и ты, типа, белый человек, ждешь, что все будут соблюдать дистанцию, улыбаться и всячески способствовать хорошему настроению.

Потом еще сорок минут на проверке вещей. Неожиданные толпы. Хорошо, приехала заранее. Зато на вот это вот барское - посидеть с чашкой кофе - времени не осталось совсем.

Сижу в самолете. Весли пишет - эй, буду скучать, хорошего полета, спасибо за картинки. Тим - уже скучаю. Радек - да ладно, ты встретила Риса. Зачем ты мне рассказываешь, что он выглядел потрясающе? Домас - только сейчас осознал, что ты прямо сейчас улетаешь. What the fuck?

В самолете наливали вино. Было скучно. Посмотрела "Фантастические звери". Слышно было плохо. Но картинка зато - фантастическая.

Во втором самолете мне достались те же соседи. А также тот же самолет с криво висящей салфеткой, которую под голову подкладывают. И опять наливали вино и кормили той же самой едой.

Самолет прилетел неудачно. Минут за двадцать до нас приземлились ребятки из Азербайджана. Неудачное время, очень неудачное. Час на паспортном контроле, регулярно появляющийся страж порядка, который уводил несчастных в комнатку, где должна была решаться его дальнейшая судьба. Теракт и куча самолетов тут же попадает под раздачу. И никак не объяснишь, что ты - нормальный. Час в очереди на паспортном контроле. И столько людей, столько воображаемых судеб. Люди вокруг мрачные. Ругаются, орут, если кто-то вдруг зазевался и не ломанулся бегом к освободившемуся окошку.
- Эй, вы что там? - чуть ли не матом орет товарищ из Кишинева, - двигайтесь, мать вашу.
И ему вторят сотоварищи, - вы что не видите, окно свободно, мать вашу, двигай телом, бля.
- Что вы кричите? - внезапно слышу я свой голос, - в том окне не принимают. Это вы специально, чтобы прибытие на Родину было сразу адаптацией?
- Мы просто спать хотим, - отвечают они мне, внезапно миролюбиво.

Сегодня должна была быть у нас школа. Наша школа на Коленке.
Мы ее сегодня отменили. Позвонил Гат, сказал, что в городе облавы. Дальнего родственника взяли. Но у него в порядке с документами, так что скоро отпустят. Мы так подумали, подумали. Наши все выглядят, ну как бы это сказать - типа, если чувак идет на теракт, он обязательно выглядит как мусульманин, понимаете, да. И мы решили не рисковать нашими детьми сегодня. Пропустили школу.

Тим прислал мне картинку. Марта моет посуду, Мортен, сидя на столе, грустно смотрит на Марту. Где-то сбоку Сержио, улыбается, впрочем. Подпись гласит - без тебя так грустно сегодня.
- Что, никто не вещает? - спрашиваю, - не пересказывает всю свою жизнь за сегодняшний день?

Вокруг скочет радостная деточка. Рассказывает разные разности. Рваные кеды, заклеенные скотчем, у порога.
- Эй, Фил, - кричит деточка по скайпу, - я тебе сейчас такое, такое расскажу. Может быть ты и не оценишь, но я все равно расскажу.
- Варвара, ты сейчас звучишь так, как будто вышла в другую комнату, - отвечает Фил.
- Это Варвара вышла на кухню налить себе КОМПОТ, - говорю я, понимая, что скорее всего, Фил не в курсе, что такое компот.
- Ну мама, - кидает мне Варвара, наливает компот и удаляется с компотом и Филом в телефоне, - да, Фил, это просто мама неожиданно из Лондона вернулась.

- Варя, вы опять не учили грамматику, да? Ты же понимаешь, что это только от тебя зависит, учишь ли ты английский или просто болтаешь не о чем на элементарном уровне. Словарный запас у тебя крохотный. Увеличивать подобным образом ты его не увеличиваешь.
- Ну мама, - отвечает мне Варвара, - мы с Филом пытаемся обучать меня грамматике. Просто не всегда это получается. Иногда я просто ему рассказываю, как я живу. Сегодня вот про Аннушку рассказывала в походе. Он не поверил. Сказал, что будет уточнять у Аннушки.
Фил нынче занимается с одной из Вариных подружек английским. И это очень занятно. Это Рассемон. Варя рассказывает, Аннушка рассказывает. Надо Филу еще каких-нибудь Вариных одноклассников скинуть. Тогда у Фила будет много разных рассказов о Москве, школе и людях.