Iogannsb (iogannsb) wrote,
Iogannsb
iogannsb

Categories:
На рынке продавец меня спрашивает:
- Ты в порядке? - они всегда задают этот вопрос. И на него надо отвечать:
- Ага, - что-нибудь в таком роде или просить помощи, - в порядке-то в порядке, - говорю, - но мне нужен медведь.
- Понятно, а вот такой вот тебя медведь не устроит? - и он показывает на себя.
- Ну во-первых, ты слишком большой, - говорю, - во-вторых, жуешь, и шарфик у тебя красный. Мне такой не нравится.
- Шарфик - это поправимо, могу поменять на синий, хочешь, кстати, пожевать вместе со мной, - протягивает мне свою еду.
- Нет, спасибо.
- Тебе точно, точно такой медведь не нужен?
- Не, точно, - продавец когда-то, когда был еще мелким, приехал из Турции. Но до сих пор судьба родины его волнует. Здесь у него бизнес - ты только посмотри, какой я - солидный мужчина, надо брать. Расцеловал на прощание в обе щеки с этим нынче неизменным - Веселого Рождества и Счастливого Нового года.


Встречалась с одним из своих малчиков около Тейт Модерн, смотрели с ним на, почти растаявшие, глыбы льда. Рассматривали, как люди фотографируются на их фоне. У входа в музей маленькая рыжая собачка с громким лаем бегала по кругу за крутящимися листьями. Ветер, ветрено, берег Темзы. Народ хохотал, снимал на мобилы.

Прошлись по музею. Последний раз мы с ним ходили в Тейт года два назад. Все то же самое, местами уныние и запущение. Местами ничего вполне себе. Я по-прежнему не в самых лучших отношениях с современным искусством. Просто ходили из зала в зал и рассказывали друг другу о своей жизни. Громко, наверняка, кому-нибудь мешали. Но все вокруг примерно также ходили.

Народ вокруг традиционно рассматривал нас. Некоторые снимали украдкой.
В целом все, конечно, и в его и в моей жизни, хорошо. За исключением того, что все куда-то исчезли. Даже я уехала и не возвращаюсь. Хотя могла бы. Просто слишком ленивая, для того, чтобы решить эту проблему. А те, кто не исчез, совсем не нужны. Звонят и пишут каждый день. Но зачем им отвечать. Только тратить свое время. И эти, они только про потусить вместе. Бессмысленная трата нынче времени. Алекс уехал в Америку, и, возможно, больше не вернется. Это ужасно, это плохо и очень жаль, на самом деле. Сидит в своем рехабе, как маленький, как будто сам не мог со своей зависимостью справиться.

Ну и как-то так почти все. И нынче никаких вечеринок. Работа, работа и еще раз работа. За универ платить нечем, но пока не вышибли, как очень талантливого студента. Иногда приходят письма от преподов, просят встретиться, поговорить о том, что делать дальше, когда денег нет, преподам очень хочется, чтобы остался учиться в этом вузе. Как-нибудь да все устаканится.

Через второй мост дошли до Ковент Гардена, надо было купить крем для его мамы.
- Как тут красиво, - сказал мой малчик, мы продирались с ним сквозь толпы туристов.
- Каждый год так украшают - традиционные шары зеркальные, крутящиеся и ветви омелы, ты что, никогда тут не был на Рождество?
- Ни разу не добирался до Ковент Гардена, это же туристическое место.
- Пойдем, я тебе оленя покажу. О, а это Джек, ему нравятся чернокожие малчики. Он нынче очень круто свои шоу отрабатывает.
- Он - гей?
- Ага, и очень британский чувак. Мы с ним немножко дружим.

Посмотрели на оленя, по традиции зашли во двор большого собора, посидеть на лавочке. Нашли ближайший "Васаби". Купили теплой еды. Еще какой-то англичанин смелый подошел, слегка шатающийся под прессом выпитого.
- Слушай, - сказал англичанин, - а ты - монах?
- Да, - говорю, - он - монах и мой сын, - во избежание всяческих ненужных конфликтов.
- А какой ты монах? - спрашивает он.
- Наверное, буддистский, - говорю, хотя надо было сказать - курящий. Малчик мой одет в кучу разных слоев черной одежды. Где-то там внизу широкие брюки, черная рубашка с часто-посаженными маленькими пуговичками, на все это надето длинное черное платье и вершит все это куртка, как у Арлекино, короткая, с огромным меховым воротником, осталась от бывшего бойфренда.
- Ну они же разные бывают, - не отстает англичанин, - шаолиньские, к примеру.
- Хорошо, я - самый лучший, - говорит мой малчик.
- Ладно, Веселого Рождества вам, - англичанин уходит, шатаясь.
- Да, монахом меня еще никто не называл. Пойдем в отель, где я работаю, там отличный ресторан, мы можем выпить чаю со сконсами.

И тут вдруг Сержио, в кои-то веки, Сержио.
- Подожди секундочку, мне надо поздороваться с этим чуваком.
- Типа, Веселого Рождества, - говорю я Сержио. Он даже немножко шарахается от неожиданности. Обнимает меня, вот это традиционное - где ты пропадала, видит моего малчика, сразу становится очень вежливым.
- Это мой сын, - говорю
- Ничего себе, какой длинный, - умиляется Сержио.
- На самом деле, нет, - передразниваю я его вечные выпады, - это мой - любовник, - мой малчик с радостью, они всегда с радостью участвуют в этих шоу, обнимает меня и целует в макушку. И я вижу, как у Сержио округляются глаза. Теперь он будет уважать меня? - ну ладно, ладно, это просто мой дружбан. Хорошо тебе отработать.
- Приходи завтра?
- Может быть.

И такие толпы везде, такие толпы. Пятница. Последняя пятница перед рождеством. Толпы людей. Толпы Санта Клаусов всех полов. Громкие крики.
Отель какой-то не из дешевых. Усаживаемся на улице. Приходит официант. Смотрит на нас и вдруг расплывается в улыбке:
- О, это ты?
- Да, познакомься, это моя подружка, - говорит мой малчик, и мне чинно пожимают руку.
- Какой красивый официант, - говорю я моему малчику.
- Ну да, все время ко мне подкатывает.
- А ты что?
- Ну зачем он мне, ну серьезно?
Малчик мой заказывает два чая, и сконсы. Ему с изюмом, мне обычные. Не люблю с изюмом. Приносят два маленьких чайника с травой. И огромный чайник с кипятком. И сконсы, завернутые в салфетки, теплые. И специальный крем, и малиновое варенье. И чашечки из фарфора, прозрачные. Тут же прибегает второй официант, ставит перед нами два коктейля, шепчет:
- За счет заведения, - целует мне руку и убегает. Еще минуты через три прибегает третий официант с бокалами шампанского, ставит нам на стол:
- За счет заведения, - быстренько целует мне руку и убегает.
- Какие милые, - говорю, - они тебя любят.
- Да, у нас хорошая команда. Только это и спасает. Это отель для богатых. Большинство из них нас за людей не держат. Знаешь, я иногда думаю, а вот если бы их сын работал в таком месте, они тоже бы также на нем пытались оттоптаться?
- Думаю, они об этом не думают. Думаю, они уверены, что минует их чаша сия. И люди бывают разных сортов. Вот, кстати, можешь себе представить Алекса, работающего официантом?

И вот уже перед нашим столом стоит охранник, здоровенный чернокожий мужчина, подмигивает мне, протягивает руку.
- Это не моя мама, - говорит мой малчик.
- Я, конечно, могла бы быть его мамой, но я - нет.
- Мы вместе жили в одной комнате, как долго?
- Не помню, полгода?
- Типа того.
- И я неплохо его воспитала, вот поэтому вы сейчас можете видеть такого симпатичного, хорошо-воспитанного молодого человека, - охранник смотрит на нас серьезно-серьезно, расплывается в улыбке:
- А вам не нужен такой прекрасный образец мужчины? Я понимаю, что темный шоколад не каждому подойдет. Но вы могли бы попробовать? - и он смотрит на меня.
- Очень смешно, - говорит мой малчик ему. И мы все хохочем.

И это такое кино про престарелую Золушку в городе Лондоне. Если твои друзья в этом городе, тебе открыты все двери. Сидишь вот в таком вот дорогущем ресторане. С человеком, которого вот-вот вышибут из универа его мечты, потому что нечем заплатить за обучение.
- Знаешь, сколько стоит один такой коктейль? Шестнадцать фунтов, не буду говорить про шампанское.
И вокруг тебя бегают, суетятся коллеги твоего дружбана. И ты как будто самая-настоящая-принцесса. Очень приятное чувство. Еще и плед принесли, укутали со всех сторон. Дорогая гостья.
А потом карета превращается в тыкву.
- Можно тебя на минутку? - коллега зовет моего малчика.
Он возвращается:
- Оказывается, я должен был заранее предупредить начальство, что я приду сюда посидеть. Если ты - персонал, ты не можешь просто так сюда прийти. Это у нас менеджер, такая bitch, очень любит ставить всех на место. В общем, пошли отсюда. Мы же все равно уже все выпили и съели.

И мы обнимаем всех официантов коллег и уходим. Чудесный вечер. И его даже менеджер, настоящая злобная англичанка, не может испортить.
Subscribe

  • (no subject)

    Варя прилетела. Мы успели поругаться, помириться и еще раз обидеться и опять помириться. Обычная история. Выходит эта такая деточка в маске и в…

  • (no subject)

    а сегодня ко мне приходили в мой проект сокамерники: врач-реаниматолог, бармен, тату-мастер, комендант-электрик и там много еще кроме этих умений, и…

  • (no subject)

    Гугл решил меня порадовать. - Посмотрите, - сказал мне гугл, - где вы были в феврале, какие места посетили. В феврале первого числа я была в…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments