Iogannsb (iogannsb) wrote,
Iogannsb
iogannsb

Categories:
У нас продолжаются карантинные каникулы. Не знаю, успевает ли Варин папа работать. Мы вроде 24 на семь в одной комнате в нашей большой квартире, но я все никак не могу это отследить.
Я же сняла парочку трэшовых натюрмортов, обработала сотню картинок, посмотрела пару сериалов.
Вместе с Вариным папой посмотрели в ночи Crashing.

Это та самая история, когда ты смотришь кино почти про себя. Узнаваемый Лондон, автобус номер двадцать пять, огурец, Хакни, заброшенный госпиталь.

Когда я уже вернулась в Москву, Домас съехал из Боу-дома. И его там уже не хотели видеть, и денег у него стало сильно меньше. Он съехался со своим Пьером. По какой-то неведомой мне причине еще через год Пьер вдруг стал жить в нашем Боу-доме. Я до сих пор на него зла за то, что он чуть не угробил Домаса.

Я еще не училась в лондонском универе. Но регулярно торчала в Лондоне. Как-то Вика сказала, что ее приятель снимает жилье дешевое, по лондонским меркам очень дешевое. Есть специальные компании, которые защищают заброшенные дома от сквотеров, заселяя в эти самые дома за невысокие цены людей. Это может оказаться школа или госпиталь, или детский сад.
Мы тогда с Ташей ходили смотреть огромное помещение где-то недалеко от Ангела. Показывал нам жилье хозяин конторы, русский гражданин, который сводил нас на ужин и начал свой рассказ с того, что он был убит под Алжиром. Хотя я сейчас смутно помню и это надо отлистать жж назад. Это была фееричная ночь. У Таши тогда случилась аллергия на еду, которую мы ели на этом самом ужине. Чувак был фееричен, его убили под Алжиром или где-то там в Африке, списали в разряд потерь в Советском Союзе, его подобрали граждане из Красного Креста, вывезли в бессознательном состоянии в Англию, вылечили. И вот он такой, убитый под Алжиром, оказался в Лондоне. Владелец такой вот компании.

Помнится, как поразила меня та школа, в которую он нас привел. Но я тогда еще не жила в Лондоне, могла только любоваться этими огромными пространствами и думать о том, какую студию можно было бы в ней развернуть.
Он еще объяснял, как на ночь включается сигнализация и как надо запомнить, как обходить все эти лучи.

Мы встретились с Домасом. Он тогда жил в закрытом отеле на Канари Варф с огромной толпой таких же граждан. Он открыл дверь электронным ключом, лифт не работал. Поднялись к нему в комнату. Вот ровно как в сериале - огромное лобби, в котором хаотично двигаются толпы модно одетых подростков.
- Это у них уже after-party, - сообщил мне Домас, - три дня вечеринка, уже второй день после вечеринки. Мне завтра работать. Я больше не могу. И в универ надо делать задание. Мы еще стояли и курили на балконе, глядя на пустынную улицу. Мимо шла толпа туристов. Алекс жил на четвертом этаже. Домас на втором. Чуть позже компания попросила их съехать в другое здание. Ты платишь небольшую сумму за жилье, но в любой момент тебя могут отправить жить на другой конец города.

В другом жилье я навещала Домаса через год. Не помню, какой это был район, вдруг резко поднявшийся в популярности. Я не сразу нашла вход в этот огромный гараж? Домас встретил меня, открыл глухие ворота. Внутри было два огромных ангара. В одном жил Алекс и еще несколько знакомых. В другом, метров на двести - Домас. Внизу у него была мастерская. Он вдруг начал собирать разный хлам с улицы. И мебель, и камеры. И ряды с одеждой, которую он шил. Спальня у него была на втором этаже. Крохотная коморка под крышей. С дыркой в этой самой крыше. У него дерево росло в спальне. И постоянно разная живность с дерева. Пауки и разные букашки. Зимой было очень холодно. Я как раз заехала в гости, когда у Алекса окончательно съехала крыша и родители забрали его в рехаб в Нью Йорк. Он так и не вернулся в Лондон. Агата уехала в Париж. Аврора - трансгендерный юноша и еще одна девушка попали в психушку.
- Я остался один, - говорил мне Домас, - у меня больше никого нет. Но я держусь.

В общем, вот я - солидная тетенька пятидесяти двух лет смотрю Crashing и думаю, что сериал про жизнь меня и моих друзей в Лондоне в чем-то был бы, видимо, покруче и понасыщеннее. Впрочем, у каждого своя насыщенность и крутизна.
Но забавно, конечно.

Наша деточка Варя сегодня покупала себе мюсли. Скидка была в магазине в пятьдесят процентов. Она купила восемь пачек.
Наша деточка Варя говорила, что все больше пятен на футболке и она превращается в бомжа. Никак не может пойти вниз и постирать вещи. Жалко двух евро. И просто не хочется. И кого волнует в карантинной Вене, что у нее много пятен на футболке и растянутые треники. И уж точно, когда идешь в магазин или на прогулку, соблюдая дистанцию, ты должен одеваться так, как будто встретишь принца. К тому же эти принцы почему-то не замечают ни растянутых треников, ни пятен на футболке.
Наша деточка была полна надежд, что вот наконец-то она начнет учиться, и рисовать, и прослушает все лекции по математике, и досмотрит несколько сериалов.
Также наша деточка сообщила, что ходят разговоры, что скоро потихоньку начнут открывать торговые центры, а потом и парикмахерские и прочая-прочая. Только вот школы все равно будут все на дистанционном и может быть, все-таки сделают поблажку колледжам и выпускным и они смогут сдать экзамены, чтобы начать уже учиться в универе.

Вторая деточка Лева шла гулять в Гонконге.
-Знаешь, - говорил Левочка, - они тут вроде как экспатов винят во всем. И даже закрыли все бары. Но я тут забрел в районы, где только местные. Большой рынок и куча кафе и ресторанов. Все открыто, и они там вплотную друг к другу. И, видимо, не боятся заразиться.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments