Раньше, когда мне было грустно и мы еще одновременно ссорились с Вариным папой, я звонила сыну Леве. Как известно, Москва никогда не спит. И позвонив, всегда можно было ожидать, что где-нибудь на тусовке, но выйдет в тихое место и будет терпеливо слушать, говорить дурацкое - все будет хорошо, не расстраивайся, разберемся. И отпустит.

Нынче сын Лева живет в Гонконге. Пять часов разницы. Так что, когда вдруг бывает грустно ночью, понятно, что у кого-то шесть утра и в это время все обычно спят. Как-то уже вот так не позвонишь.


Пришлось мириться с Вариным папой.

Зато звонила деточка. Из Гранады. Сообщить, что у нее все хорошо и даже уезжать не хочется. Полная нирвана.
- Все-таки очень хорошие у тебя друзья, - говорила мне деточка.

Вчера деточка ездила в Гранаду. Сама.
- Водителю говорю, что в центр. Он доезжает до центра и спрашивает меня утвердительно - центр, твоя остановка? Я его уже отлично понимаю. Я еще была голодная.Решила, что надо зайти, что-нибудь съесть. Зашла в какой-то барчик. Подошел официант и так он странно говорил по-английски. Какой-то у него английский был с немецким акцентом, что не удержалась и спросила - шпрехен зи дойч? И он так сразу оживился. "Я,Я". Из Франкфурта. Но какой же у него сильный был диалект! Удивительно просто, - Варя со своим австрийским немецким и кафешкой в своем квартале диалекты различает. Впрочем, в универе был немецкий-немецкий, а австрийский немецкий с кучей разных диалектов во всех остальных местах, - так вот. И оказалось, у этого кафе еще и немка-хозяйка. Он ее тут же позвал и мы поболтали на немецком. Еда у них была не самой вкусной, но зато поболтали на немецком. Потом я пыталась найти бар, в котором до этого познакомилась с барменом. Несколько кварталов обошла. И все мимо. И как-то случайно на них вышла. Они так обрадовались. "Что,- говорят, - тебе налить?" "Я изучаю культуру Испании, так что давайте сангрию. Никогда не пила сангрию". А они ее там разбавляли газировкой. Зато второй стакан уже налили без газировки. Один бармен второму по-испански говорит: Ты зачем ей не разбавляешь. Это очень крепко, - это было по их мимике понятно, и просто уже понятно. Второй ему - она же русская, разве ей это будет крепко? Потом он еще решил мне коктейль сделать. Какой тебе коктейль? - спрашивает, - виски, джин или что полегче? Я говорю - полегче. Но он мне все равно еще тэкилы бесплатно в коктейль налил. И они с другим барменом смотрели, как я это пью. "Да, - говорят, - наши испанцы с такого бы уже улетели. А ты молодец. Точно русская". У них еще была вечеринка после закрытия бара, они все с коллегами шли тусить на афтепати. Меня звали. Но меня уже Лара забирала на машине. Все-таки какие у тебя хорошие друзья. Я Ларе про это рассказываю, а она мне - все-таки надо было бы тебе пойти. Мы бы тебя потом забрали. Еще мы окончательно подружились с Чарликом. Он больше меня не боится, - Чарлзу - два года и он больше ее не боится, - я вчера занозила ногу, пошла в туалет вытаскивать занозу. Он сидел под дверью и очень за меня волновался. Говорил - бо-бо. Я, когда вышла, сказала - все нормально. Мне не больно. И тут у меня опять такая драма была, такая драма. Эти два имбецила курили траву, были невменяемые. Опять общаются. Мне это все неприятно. Когда они так укуриваются с ними невозможно. И вот они мне звонят, рассказать про это все. И у меня такая драма. Такая драма.

- Варя, - говорю, - ты со своими любовными драмами просто завалишь химию. Ты же сидела в Испании, и у тебя все было хорошо.
- Ну да, но вчера у меня была драма. Впрочем, я все равно даже немножко химию учила. Просто ее уже пора учить. Я звонила Янке пожаловаться на жизнь. И Яна мне сказала: Варя, когда у тебя все вот так вот, когда они тебя все задалбывают, подойди к зеркалу, посмотри на себя внимательно и скажи - кто тут самый стильный? Кто тут самый красивый? И еще пошлепай себя по попке, вот так, - и она включила видео и продемонстрировала это, - В этом месте мы с Вариным папой очень долго смеялись. Если представить всю эту сцену вживую. Очень получается трогательная картинка, - а еще знаешь, мне вот бывает иногда очень неприятно, когда звонит знакомая из Вены поболтать, смотрит на меня и говорит - ты похожа на негра. Меня это коробит. Меня коробит это слово. И ее вечная бестактность. Она же в какой-то момент стала мне близка. А тут вдруг выясняется, что она одного моего бывшего отвела к другому моему нынешнему. И оба они знают кто кому и как. И на мое - зачем? Она мне - а что такого? Я ей сказала, что ни в какой Мутц я ее не поведу, и не с какими другими друзьями я ее теперь точно знакомить не буду.

- Может быть все-таки прямо сейчас озаботиться химией? Это может оказаться намного интереснее этих вот странных драм?
Через день Варя возвращается в Вену. Опыт самостоятельных путешествий оказался позитивным.
- Представляешь, я вот раньше не могла представить, как это - путешествовать одной? Оказывается компанию найти - это очень просто.
- Вся в маму,- говорит ей Варин папа.