Iogannsb (iogannsb) wrote,
Iogannsb
iogannsb

Categories:
Часть шестнадцатая.
В ту ночь, когда должны были выйти все три мои соседки, мело. Буран. Ветер завывал в окна, так что в комнате неожиданно стало прохладно. Машина с ужином где-то застряла в бескрайних снегах, так что ужинали ближе к десяти.
- Что-то котлета внутри недожаренная, - сказала Алена, у нас их две было. Одной Алене была дожаренная, второй нет. Котлета и, вправду, была внутри розовата.
- А ты не смотри, - говорю, - я свою еду съедала почти полностью. Мне было нормально. Недавно кто-то скинул раскладку по продуктам, на приготовление еды в наш спецприемник. Некоторых позиция там не было совсем. Больше всех удивил кисель. Нам не давали киселя. Также, обсудили в телеграм группе "Жизнь не Сахарово", что котлеты были из смеси рыбы, мяса и сыра. Вполне себе котлеты.


Девочки хотели нарисовать плакаты и выйти с ними, сфотографироваться на фоне спецприемника. Даже попросили бумагу у конвойных. Но кто-то сказал, что к кому-то после приходили, кого-то вызывали на допрос, тех, кто с плакатами вот также решил выйти. Так что плакаты не состоялись.

В двенадцать выпустили Алену Б.. Алена немножко волновалась. У нее должен был быть разряжен телефон. Встречать ее было некому. До этого все дружно сообщали своим родным, что у нас есть девочка, которую некому встречать. Так что за ней должна была приехать волонтер из ОВД-такси. Спасибо, спасибо волонтерам, которые подрывались в ночи в сложных погодных условиях за нами. Две Алены выкурили предпоследнюю сигарету на двоих, сидя на подоконнике. Все дружно попрощались и Алена ушла. Тяжелый засов. Дверь хлопнула. Мы все еще в камере.
В ту ночь конвойные требовали, чтобы все относили матрасы сами. На первый этаж. Сидела на окне, смотрела как из соседнего корпуса вышли девушка с конвойным. Намело уже знатно. В одной руке у девушки была сумка, другой она волоком по снегу за собой тащила свернутый матрас с подушкой и одеялом. Через сугробы Периодически останавливалась. Конвойный посматривал на часы и поторапливал. Очень грустная картина. Ночь. Снег. Метель. Хрупкая фигурка девушки, ветер в лицо, она наклоняется вперед, чтобы не унесло, этот матрас. И конвойный, здоровенный бугай, злится, что она медленно идет.
- Ну нет, - говорю, - я не смогу тащить и матрас и вещи сразу.
- Мы тоже не сможем, - говорят мои барышни. За день до этого конвойные требовали все нести за один раз.

В два ночи пришли за Аленой и Аревик. Конвойный разрешил им отнести вещи за два раза. Я осталась одна. Утешаю себя тем, что всего-то потерпеть двое суток. И сразу стало тихо-тихо. Лечь спать. Чтобы проснуться в семь от вопля:
- Мусор?
В восемь:
- Ростунова, называем имя, отчество, когда выходите?

Оказывается, что это - суббота. Так что у нас неожиданно душ на троих. Три человека женского пола на этаже.
Полина говорит, что гулять с нами не пойдет. Что это унизительно гулять в клетке.
Прогулка после обеда, так что успеваем высохнуть.
- Вы же сегодня быстро будете гулять? - спрашивает конвойный. Он всегда мерзнет. Стоять на одном месте в минус пятнадцать - не очень.
- Это почему еще? - удивляемся мы с Ксенией, - нам положено гулять час.

Мы все равно выдерживаем минут тридцать. Ходим быстрым шагом по периметру. Переговариваемся с малчиком из камеры на первом этаже. У них нет приемника. Договариваемся передать. У нас образовалось несколько свободных.

Выдают телефон и забывают про меня. Так что вместо пятнадцати минут разговариваю двадцать четыре. Звоню Алене, спрашиваю, нормально ли их выпустили. Накануне, то ли не хватило конвойных, то ли им было лень, так что сто человек, которые должны были выйти ночью, сидели до утра.
У Алены - сонный голос. Говорит, что машина, их встречающая из-за бурана опоздала на полтора часа, так что они сидели грелись в машине у волонтера. Все нормально. Вышли ровно во-столько, во-сколько надо.

Я сижу на окне, слушаю разговоры малчиков третьего этажа. Они как раз гуляют.
Обсуждают, что с этим ветром в камере стало неожиданно холодно. Могли бы догадаться заткнуть дыры в окнах нетканной материей. Кричать им неохота. К тому же все равно скоро все выйдут. Обсуждают марксизм. Кто-то из них увлекся учением Маркса, пересказывает другим. Становится скучно.
К вечеру Полина пытается переехать ко мне. Полине страшно одной в камере. Она стучит в дверь, она плачет.
Они стандартно говорят ей:
- Позже, сейчас придет дежурный, сейчас решим.

И под моей дверью обсуждают, что слишком лениво в четырех ведомостях вычеркивать и заново вставлять ее фамилию.
- Ничего, потерпит.
Минус еще один день. Осталось потерпеть чуть больше суток.
Subscribe

  • (no subject)

    После двух вечеринок подряд, впервые в жизни провела целый день в постели с Вариным папой, с ноутом и сериалом Jane the Virgin. Не рекомендую. Such a…

  • (no subject)

    - ЭЭЭ, мы выпустились, - написала Алена, - давайте встречаться. - Я соскучился, давайте, - отозвался Даня. Аревик на какое-то время молчала. Алена с…

  • (no subject)

    Неожиданно всплыло несколько постов от людей, которые вроде даже не друзья. От некоторых людей пахнет нафталином. Вроде бы они даже моложе меня.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments