Iogannsb (iogannsb) wrote,
Iogannsb
iogannsb

Categories:
Часть семнадцатая.
По телефону Варин папа сказал, что к нам в Сахарово не пробиться. Заносы на дорогах. Куча машин улетело в кювет. За окном - скандинавский минималистичный пейзаж: Желтое одноэтажное здание с гофрированной серой крышей, несколько вышек и лестницы к ним с тремя пролетами, по ночам они откидывают причудливые тени на оранжевый снег. В ночи снег - оранжевый. Фонари - оранжевые. За этим всем великолепием высокий темно-зеленый железный забор с колючей проволокой сверху. За ним где-то там две трубы - бело-красные, из них густой дым.
Лева по телефону советует делать зарядку. Жалуюсь ему, что время тянется слишком долго. Что уже даже начала отгадывать какие-то бабушкины кроссворды, которые мне оставили девочки.
- Я не могу все время делать зарядку, - говорю ему. Но все-таки отжимаюсь, хиленько так десять раз, халтуря.
Шагаю по камере. Меряю камеру в длину - моих тринадцать шагов получается. Ходишь, ходишь, минут через десять голова кружиться начинает.


Девочки приходили в гости на вечеринку. Напоминают:
- А Лена еще по камере - любитель походить. Сидишь на толчке и волнуешься, вдруг она мимо пройдет.
- Так я же перед толчком всегда разворачивалась, - оправдываюсь.
- Все равно очень волнительно было. Вдруг забудешься и мимо пройдешь?

Вот так ходишь по камере и вспоминаешь, что всего-то день назад здесь сидело много нас и никакого одиночества. А сейчас тишина.

Варин папа по телефону говорит:
- Варя помирилась с Янкой.
- А когда они успели поссориться?
- Мы тебе не рассказывали?
- Нет.

Придумала подтягиваться, когда лежишь на спине и подтягиваешься, держась за решетку кровати над тобой.
Дверь открывается:
- Переезжаем.
- Куда?
В двести первую. Обратно к Ксении, от которой я дней шесть назад съехала в двести восемнадцатую. Так что круг замкнулся. На ту же самую кровать на втором ярусе, ближнюю к окну.
Сюда уже перебрались Полина - через пару часов освобождают. И женщина кавказского вида, которой судя по матрасу, наша Аня оставила свой матрас.
- Как это у тебя тут курить нельзя? - удивляется Полина, - я буду в окно.
- Нет, тут не курили и не курят, я не хочу, чтобы все пропахло дымом, - отвечает Ксения.
- А что же делать? - изумляется Галина, женщина с Аниным матрасом, - мы же так не можем.
И они вдвоем тарабанят в дверь.
- Ну вы там как-нибудь договоритесь, - отвечает им конвойный.
- Нет, тут никто курить не будет, - говорит им Ксения. Вид у нее очень убедительный, так что понятно, курить никто не будет в камере.

- У нас тут - астматик, - кричит Галина, тарабаня в дверь, - она задохнется, если мы будем курить. Выведите нас покурить.
Не понятно что вдруг случилось, с чего такое милосердие, конвойный выводит всех покурить в соседнюю камеру. Я иду за компанию. Любая возможность попасть за дверь - бесценна.
- За что вы здесь? - спрашиваю Галину. Она мнется, - ну как вы, политическая.
- За митинг? - уточняет Полина. Внешний облик Гали как-то не вяжется с митингом.
- Ну она знает, - тыкает в меня Галина, - 20.1 административная.
- Это что? - вдвоем удивляемся с Полиной. Дома гуглю - 20.1 административка - мелкое хулиганство. И почему я должна была знать - совсем непонятно.

Конвойный успевает еще пару раз сводить в соседнюю камеру покурить, Полину освобождают.
- Не надо нести матрас, - говорит конвойный, - это что еще за глупости? - мы так удивляемся. То надо матрас уносить. То не надо матрасы уносить. Каждый день - новые правила.
Вместо Полины заселяют Лиду. Несколько версий, почему Лида здесь: Пьяный вооруженный грабеж, тяжкие телесные по пьяни. Четыре года колонии. Вышла по УДО. Пришла отмечаться в пьяном виде. И вот - десять суток.
- Меня привезли в Мневники. Заселили в камеру на первый этаж. Там такая странная дама была. Лежит в куртке, в маске. Не шевелится. Я думаю - живая ли? У меня с собой водка была.
- То есть у тебя не отобрали?
- Она в бутылку из под воды налита. Грамм четыреста. И я такая на ночь выпила и спала спокойно. А утром меня уже к вам переселили. А потом с вами в Сахарово. В Сахарово сначала с Соней сидела. Так она достала.
Ее, в итоге, Юля кружкой стукнула и укусила.
- А Юля за что сидела?
- Тоже политическая. Она в тот день рисовала на стене пейзаж за окном. Красивый. Соня непрерывно что-то говорила. И тут Юля взяла кружку, я еще думаю, зачем она ее взяла? Чистая кружка, зачем чистую кружку брать? Подошла к Соне, Соня лежала на спине и говорила. Юля ее кружкой как стукнет. Та от неожиданности сложилась и ногой заехала Юле по голове. Так что Юля вцепилась за ногу и укусила ее.

- Это ужасно, - говорит Ксения, - какой бы человек не был, нельзя его бить.
- А дальше Соню вели по коридору и она кричала: снимайте побои!
- А потом у врача спрашивала у конвойного, сколько Юле за это дали. Конвойный отвечал - два месяца, ты довольна?

На прогулку вышли вчетвером. Мы с Ксенией сразу предупредили, что будем гулять долго, так что если кто-то замерзнет и захочет в нумера, мы не виноваты. Мы будем гулять. Снег под ногами скрипел. У меня до сих пор скрип снега - видение, как под окнами часовой ходит - туда-сюда.
Subscribe

  • (no subject)

    Москва октябрьская чудесна. Если только заставить себя выйти из дома. В центре - суета сует. Тыквы украшают входы в кафе. В ГУМе интересные…

  • (no subject)

    Когда твой собственный уже почти взрослый ребенок, с которым часто бывает непросто, вечные проблемы - отцы и дети, рассказывает тебе про своих друзей…

  • (no subject)

    Почему-то посмотрели какую-то ну совсем, мне не нравится слово тупая, но как бы ну такое, комедию - Мы — Миллеры. В смысле, сойдет. Варин папа…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments