Ничего больше не актуально: ни фотографии, ни интересные фильмы, ни разные планы. Одна большая серая дыра. Спасибо этому за это.
Никуда сегодня не пошла. Каюсь, страшно. И как маленький ребенок, у которого с одной стороны мама, с другой Варин папа, с третьей сын Лева. Все волнуются. Кто-то плачет.
Чувствую угрызения совести. Раз уж смысл жизни потерян, не все ли равно нынче как ее дальше проводить.
Вместо этого пошла играть с детьми беженцами.
У нас по четвергам два часа и воскресеньям - два часа.
Дети, семьи которых волей случая занесло в нашу страну.
Клеили, рисовали, играли, танцевали.
Девочка Муна раскрашивала циферки и картинки. Ее брат Девид палочками бил по ударной установке. Париса с Амином играли. Париса - явный лидер в их компании. В какой-то момент они отловили меня и сыграли со мной в парикмахерский салон. Я была живым манекеном. Позже еще Девид присоединился.
Другой Амин не давал Алимеру дрель жужжащую. Алимер пытался привлечь старшего брата Сафо, но переговоры не завершились успехом. Я, как опытный переговорщик, волевым решением отняла дрель и водрузила ее на шкаф. Так что на пару минут был гневный крик Амина.
Кто-то и этим тоже должен заниматься. Что, конечно, не обвиняет моих угрызений совести в ночи.
Проводили очередную партию сограждан в Стамбул. Приютили их книжки.
Стараюсь не слушать разные слухи. Сейчас уже так упорно говорят об отключении интернета от мировой сети. Упорно думаю, что фейсбук до сих пор не заблокировали. Все как-то криворуко. Может быть и тут не случиться. Не надо бежать впереди паровоза.
Сегодня же задержали миллион народа. Говорят, жесткача было куда как больше чем год назад. Отделения переполнены. Народ в передачах вроде пока справляется.
Если тревожно, страшно, можно в каких-нибудь таких местах предлагать свою помощь. Собственно, в темные времена только и остается, что объединяться, ходить к другу другу в приятные гости, пить чай с вареньем, обниматься,помогать друг другу. Что нам еще остается?