под домом почти полностью спилили оливу. Только и торчит сейчас рельефный толстый приземистый ствол и одна крохотная ветка.
На прошлой неделе двое мужчин с лестницей собирали с нее оливки.
Дамы, торгующие собой, уже с двенадцати были на боевых позициях.
Когда они спят?
Наблюдала, как к одной из них подошел, сверху выглядел русским, мужчина средних лет, видимо, предлагал с ним прогуляться, но не в ту сторону.
Он не говорил на иврите. Она на русском. Она пальцем тыкала в одну сторону, он в другую.
Ее терпение закончилось быстрее, она все тянула его во дворик у помойки, взяла его за руку и увела на соседнюю улицу, там за арткафе пустырь, они всегда водят на него клиентов.
Вчера же в ночи приезжала полиция, залезла на тротуар, перегородив выход из моего дома. Все женщины, торгующие собой, как-то сразу разошлись в разные стороны. Через полчаса машина уехала, женщины вернулись.
Соседка Эльза опять меня не узнает. Сегодня выглядывала на балкон:
- А вы здесь живете? Ой.
Соседка Маша пришла на побывку из армии. Выходные.
Море жалится. Как мне объяснили здесь же - гребнивики, для людей не опасны. Но волдырями на пару часов можно покрыться. Сегодня правая рука и нога были в пятнышко.
Холодает. Лежу под пледом. Море - двадцать пять, температура воздуха днем около двадцати шести.
Пытались купить обогреватель. Варин папа уезжает через пару дней. Обогреватель тащить будет тяжело.
В общем, еще не сезонный товар. Сказали, через две недели приходить.
В одном месте продавец говорил только на иврите.
- А есть ли у вас хитер? - спрашиваю на английском.
- Не понимаю вас, - отвечает на иврите.
- эээ, хом, - говорю, подразумевая жар, - хом
- А, - радуется, - химум?
- да, да, химум, - радуюсь я в ответ.
- Через две недели приходите, - говорит.
Хозяин прислал человека починить трису, жалюзи. Сказал, что дожди скоро, время чинить трису, чтобы нас не залило. Пришел ремонтник.
- Не хочешь с ним пообщаться? - спрашивает Варин папа.
- Нет, что-то не хочется, - отвечаю. И гнусно не высунулась даже, когда ремонтник на иврите спросил: а деньги кто давать будет. Но видимо, ремонтник еще руками сделал соответствующий жест, так что Варин папа отправил его к хозяину, назвав хозяина по имени. Зато порадовалась, как бодро Варин папа говорит на иврите - я не говорю на иврите.
Также хочу сообщить, что все такие серьезные. Каждый раз думаю, сейчас напишу, как учитель смешно сказала и мне тут же прилетит целая куча разных серьезностей - она не должна так говорить, ну вот, начинаются эти училкины глупости, какая неграмотность и в таком вот все духе. Не говоря уж о том, что напишешь что-нибудь с ошибкой, прискочут и уличат. Забавно, но страшно.
На прошлой неделе двое мужчин с лестницей собирали с нее оливки.
Дамы, торгующие собой, уже с двенадцати были на боевых позициях.
Когда они спят?
Наблюдала, как к одной из них подошел, сверху выглядел русским, мужчина средних лет, видимо, предлагал с ним прогуляться, но не в ту сторону.
Он не говорил на иврите. Она на русском. Она пальцем тыкала в одну сторону, он в другую.
Ее терпение закончилось быстрее, она все тянула его во дворик у помойки, взяла его за руку и увела на соседнюю улицу, там за арткафе пустырь, они всегда водят на него клиентов.
Вчера же в ночи приезжала полиция, залезла на тротуар, перегородив выход из моего дома. Все женщины, торгующие собой, как-то сразу разошлись в разные стороны. Через полчаса машина уехала, женщины вернулись.
Соседка Эльза опять меня не узнает. Сегодня выглядывала на балкон:
- А вы здесь живете? Ой.
Соседка Маша пришла на побывку из армии. Выходные.
Море жалится. Как мне объяснили здесь же - гребнивики, для людей не опасны. Но волдырями на пару часов можно покрыться. Сегодня правая рука и нога были в пятнышко.
Холодает. Лежу под пледом. Море - двадцать пять, температура воздуха днем около двадцати шести.
Пытались купить обогреватель. Варин папа уезжает через пару дней. Обогреватель тащить будет тяжело.
В общем, еще не сезонный товар. Сказали, через две недели приходить.
В одном месте продавец говорил только на иврите.
- А есть ли у вас хитер? - спрашиваю на английском.
- Не понимаю вас, - отвечает на иврите.
- эээ, хом, - говорю, подразумевая жар, - хом
- А, - радуется, - химум?
- да, да, химум, - радуюсь я в ответ.
- Через две недели приходите, - говорит.
Хозяин прислал человека починить трису, жалюзи. Сказал, что дожди скоро, время чинить трису, чтобы нас не залило. Пришел ремонтник.
- Не хочешь с ним пообщаться? - спрашивает Варин папа.
- Нет, что-то не хочется, - отвечаю. И гнусно не высунулась даже, когда ремонтник на иврите спросил: а деньги кто давать будет. Но видимо, ремонтник еще руками сделал соответствующий жест, так что Варин папа отправил его к хозяину, назвав хозяина по имени. Зато порадовалась, как бодро Варин папа говорит на иврите - я не говорю на иврите.
Также хочу сообщить, что все такие серьезные. Каждый раз думаю, сейчас напишу, как учитель смешно сказала и мне тут же прилетит целая куча разных серьезностей - она не должна так говорить, ну вот, начинаются эти училкины глупости, какая неграмотность и в таком вот все духе. Не говоря уж о том, что напишешь что-нибудь с ошибкой, прискочут и уличат. Забавно, но страшно.