Пурим. Везде люди в костюмах, всех возрастов.
Варя купила себе малиновую ковбойскую шляпу и розовые перья. Была неотразима.
- У меня сейчас режим экономии, но очень хочется купить себе шляпу
- Купи, ни в чем себе не отказывай. Вряд ли эта бутафорская шляпа очень дорогая.
- С утра на уроке ульпана я тупила, была никакая. Думала о костюме.
Приехала сегодня в Тель Авив. Варя снимает комнату на Флорентине в бывшем хостеле. Дыра дырой внешне. Трущобы. С крыши море видно. На море - волны, кайты и серферы. Ветер. Внизу люди в костюмах. Видела малыша лет пяти в костюме сдувшегося мяча. Под глазом старательно нарисован фингал. Видела девушку-павлина в зеленых переливающихся лосинах с хвостом как у настоящего павлина.
Настроение было не очень. Никогда не верила, что есть какая-то зависимость, но сегодня полнолуние и реально глаза на мокром месте.
- Задолбалась быть эмигрантом, - говорю, - я - мама-лузер, - еще недавно наша деточка, посещающая психолога, рассказывала о разных своих детских травмах. Так что подтвердилось - каким бы ты ни был родителем, помни, что бы ты не сделал, будет использовано против вас. Но работа над собой идет. Нас любят, не смотря на детские травмы, и сегодня на мое нытье, - больше не могу, из меня ничего не получилось, чем зарабатывать на жизнь не понимаю, сплошная прокрастинация, только и умею, что иногда интересно рассказывать, деточка вдруг сказала:
- Ну где же ты неудачница? Вот Ира, мама твоя, одежду шила и вязала.
- Работала инженером.
- А потом, когда вдруг все стало не очень, взяла и заработала на квартиру в Москве.
- В лихие девяностые.
- Ты сама вот откуда приехала?
- Откуда?
- Ну как этот город, Набережные Челны. А папа - мытищинский. А в итоге, квартиру почти в центре Москвы купили, хорошую квартиру. И ты много чего добилась. А какое вы мне детство счастливое подарили, - в этом месте у меня немножко отвалилась челюсть. У меня ребенок гибкий и проводит мне сеанс психотерапии? Но где та квартира нынче.
Съели с деточкой тайской еды. Одна порция как на двоих. Деточка домой пошла, а я еще немножко по набережной прошла, ветер задувал так, что в ушах свистела. Хайфа относительно Тель Авива - такая вся деревенская. Зато у нас цены на все ниже. Можно этим утешаться.
В поезде ехало много-много детей. Обычно все рассказывают, как в Израиле любят детей и им все можно. С удивлением обнаружила, как несколько граждан с разных мест, шикали и кричали что-то на тему - заткнитесь, дети.
В одной компании было три малчика на вид от восьми до десяти. Они сначала замолчали, удивились, а потом спросили:
- Вы что, новые в Израиле? Что не так.
На что женщина, по виду самая настоящая израильтянка, ворчливо ответила, что самая что ни на есть старая. И визг их уже задолбал. А другая компания детей ушла в другой вагон. Эти же малчики через минут пять визжали еще громче прежнего. Что характерно, меня дети как раз совсем не раздражают. Взрослые в разы хуже.
А еще было смешно, когда мама малчиков закричала на весь вагон:
- Кто хочет шоколадного кекса? - кричала она малчикам, из соседнего купе откликнулась стайка подростков:
- Мы хотим, - элементарные диалоги я чуть-чуть понимаю. Но так, конечно, нет.
Варя купила себе малиновую ковбойскую шляпу и розовые перья. Была неотразима.
- У меня сейчас режим экономии, но очень хочется купить себе шляпу
- Купи, ни в чем себе не отказывай. Вряд ли эта бутафорская шляпа очень дорогая.
- С утра на уроке ульпана я тупила, была никакая. Думала о костюме.
Приехала сегодня в Тель Авив. Варя снимает комнату на Флорентине в бывшем хостеле. Дыра дырой внешне. Трущобы. С крыши море видно. На море - волны, кайты и серферы. Ветер. Внизу люди в костюмах. Видела малыша лет пяти в костюме сдувшегося мяча. Под глазом старательно нарисован фингал. Видела девушку-павлина в зеленых переливающихся лосинах с хвостом как у настоящего павлина.
Настроение было не очень. Никогда не верила, что есть какая-то зависимость, но сегодня полнолуние и реально глаза на мокром месте.
- Задолбалась быть эмигрантом, - говорю, - я - мама-лузер, - еще недавно наша деточка, посещающая психолога, рассказывала о разных своих детских травмах. Так что подтвердилось - каким бы ты ни был родителем, помни, что бы ты не сделал, будет использовано против вас. Но работа над собой идет. Нас любят, не смотря на детские травмы, и сегодня на мое нытье, - больше не могу, из меня ничего не получилось, чем зарабатывать на жизнь не понимаю, сплошная прокрастинация, только и умею, что иногда интересно рассказывать, деточка вдруг сказала:
- Ну где же ты неудачница? Вот Ира, мама твоя, одежду шила и вязала.
- Работала инженером.
- А потом, когда вдруг все стало не очень, взяла и заработала на квартиру в Москве.
- В лихие девяностые.
- Ты сама вот откуда приехала?
- Откуда?
- Ну как этот город, Набережные Челны. А папа - мытищинский. А в итоге, квартиру почти в центре Москвы купили, хорошую квартиру. И ты много чего добилась. А какое вы мне детство счастливое подарили, - в этом месте у меня немножко отвалилась челюсть. У меня ребенок гибкий и проводит мне сеанс психотерапии? Но где та квартира нынче.
Съели с деточкой тайской еды. Одна порция как на двоих. Деточка домой пошла, а я еще немножко по набережной прошла, ветер задувал так, что в ушах свистела. Хайфа относительно Тель Авива - такая вся деревенская. Зато у нас цены на все ниже. Можно этим утешаться.
В поезде ехало много-много детей. Обычно все рассказывают, как в Израиле любят детей и им все можно. С удивлением обнаружила, как несколько граждан с разных мест, шикали и кричали что-то на тему - заткнитесь, дети.
В одной компании было три малчика на вид от восьми до десяти. Они сначала замолчали, удивились, а потом спросили:
- Вы что, новые в Израиле? Что не так.
На что женщина, по виду самая настоящая израильтянка, ворчливо ответила, что самая что ни на есть старая. И визг их уже задолбал. А другая компания детей ушла в другой вагон. Эти же малчики через минут пять визжали еще громче прежнего. Что характерно, меня дети как раз совсем не раздражают. Взрослые в разы хуже.
А еще было смешно, когда мама малчиков закричала на весь вагон:
- Кто хочет шоколадного кекса? - кричала она малчикам, из соседнего купе откликнулась стайка подростков:
- Мы хотим, - элементарные диалоги я чуть-чуть понимаю. Но так, конечно, нет.