Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

(no subject)

день как день. Вышла во двор. Соседка с четвертого этажа озабоченно смотрит на огромную ветку тополя, упавшую на крохотную вишню.
- Можно ли ее как-нибудь сдвинуть?
Вдвоем, мы кое как оттаскиваем ветвь с вишни.
- Вы тут уже прижились? - спрашивает она меня.
- Да, но все равно в подъезде чувствуем себя чужаками.
Она рассказывает мне про весь подъезд. У нее четверо взрослых детей. Живут в двух комнатах коммуналки. Третью соседка сдает тувинке с двумя детьми. Над нами - семья с четырьмя детьми, но вроде Лешка перестал пить и начал работать. Ну и в таком духе.
- У нас тут все нормальные, и все знают друг друга, - пожилая женщина больших размеров с деревенским акцентом. Милая.
- Если что-то надо будет, обращайтесь, - говорю я ей.

Пишет Ася из сахарных:
- Хочу путешествие, давай куда-нибудь съездим, - время час дня.
- Коломна, Серпухов, Сергиев посад или погулять по Москве.
Выбираем Сергиев посад. Добираемся к четырем. Впервые в жизни на меня не наезжают в Сергиев-посадской Лавре по поводу того, что я без платка захожу в церковь, и что я там даже что-то снимаю. Дождь. Холодно. Какая-то очередная церковь, священник - Христос воскресе. Толпа- воистину воскресе. Рассматриваем иконы. Звонит Варвара. Выхожу на улицу.
- Мама, я открывала консерву, обломался вот этот язычок, как мне ее открыть?
- Попробуй нож воткнуть в это место, поддеть и тогда все получится.
- О,получилось, люблю тебя. Пока.
Покупаем шаверму на вокзале одну на двоих. Возвращаемся в Москву, замерзшие до самых костей. Ася зовет на фемстендап где-то на Кузнецком мосту. Я мечтаю о горячей ванне. Еду домой. Ближе к метро Пролетарская пишет мой, горячо любимый товарищ, с которым не виделись с прошлого года, у него бурная жизнь, научный журналист, лекции по всей стране, татуировки по всему телу:
- Я подстригся, какие планы?
- Что хочешь, я в метро, пиши быстрее.

Вернулась на Китай-город, зарулили в бар, который немножко гейский.
Выпили почему-то много вина. Обсудили всех малчиков вокруг и немножко официанта. Он вышел куда-то там в туалет. И вдруг так накатило. Когда ты где-нибудь в Лондоне, когда ты слегка нетрезв, любишь весь мир и с ним общаешься.
- Привет, а вы только что говорили по-английски у стойки бара, это были туристы или экспаты?
- Экспаты.
- А вы чем занимаетесь?
- Я - музыкант.
- А я - фотограф, я пьяна, мне хочется общения, я отсидела в Сахарово и закончила физтех когда-то.
- О, а я физфак МГУ.
- И теперь музыкант?
- Ну да.
Возвращается мой дружбан.
- Ну вот, на минуту нельзя оставить тебя, - и мы выходим в эту самую ночь. Вокруг толпа модно одетых людей. И я еще звоню Радеку, он не берет трубку. Но берет трубку Марта:
- С днем рождения!
- О, дорогая, у нас в Барселоне еще восемь минут до двенадцати, но я все равно счастлива слышать тебя
- А у нас уже почти час, так что с днем рождения, люблю, позвоню завтра, потому что прямо сейчас я пьяна и люблю весь мир.
- Приятно это слышать.
И тут же Радек пишет:
- Ты мне звонила.
- Да, звонила, но теперь уже завтра.Завтра будет завтра.
И дома Варин папа:
- Ты оценила мою силу воли, я тебе даже не звонил, чтобы узнать, где ты.
- Я же тебе написала, что я с дружбаном.
- В девять часов вечера. А сейчас сколько. Хорошо, Варя позвонила и сказала, что маму прямо сейчас лучше не беспокоить. Потому что у мамы все хорошо.
Иногда так приятно любить весь мир, когда Совиньон бланк завладел твоим мозгом, так что все печали куда-то там испарились. А завтра будет завтра.

(no subject)

Еще я думаю о том, что даже самый невинный текст, самая невинная фотография может вызвать бурную дискуссию. Нынче как по минном полю. Новая, старая этика, ханжеский взгляд на все.
Почему бы не оставить всех в покое. Ну не нравится, что написал или запостил вот этот конкретно человек, давай, проходи мимо. Забань, в конце концов, и будет тебе счастье.
Нынче каждый на что-нибудь да обидится. Женщины воюют против мужчин, мужчины против женщин, все против всех. С другой стороны, надо же где-то этот самый пар спускать. Вылез в интернет, написал разного, свое драгоценное мнение высказал. Вроде жизнь удалась.
Впрочем, все тлен. Чего уж там. И это все пройдет.

Из трагичного и смешного, деточка перед отъездом неплохо повеселилась. В последний вечер перед отъездом предложила мне пойти прогуляться куда-нибудь с целью, где-нибудь поужинать. Так сказать, семейный выход.
Пришла часов в десять утра домой, в ее постели каким-то образом спала Вася, которая проснулась в девять, позавтракав, обнаружив пустую комнату, отправилась досыпать в Варину комнату. В студии мирно спали Написат с Аревик.
Деточка быстро пробормотав о своих успехах, завалилась спать ко мне и проснувшись ближе к вечеру, когда я уже всех проводила, сообщила, что надо бы как-нибудь вечер провести вместе.
Погуляли по району, дошли до Тануки. Как раз Варин папа подошел. Прекрасный ужин. Надеваю куртку. И тут деточка смотрит на нас:
- Папа, и мама, пока вы сами не обнаружили, хочу сказать вам, - в этот момент, как это обычно бывает у тревожных мамашек, самые ужасные сценарии пронеслись перед глазами, - я, видимо, вчера ушла в чужой куртке.

Варя приехала в Москву зимой, так что часть вещей мы носили по очереди. В том числе и мою черную куртку из Юникло. Я и сама все время думала, что перепутать, раз плюнуть.
В общем, деточка ушла из Рюмочной в чужой куртке, неизвестно, кто был первым, другая деточка, которая надела мою куртку, или моя деточка. В моей куртке была прожженная дырочка на локте, которую я аккуратно заштопала. В чужой куртке была прожженная дырочка чуть выше локтя и на эту дырку наклеена наклейка утенок. Но главное, что эта новая куртка с утенком на два размера меньше моей и рукава коротковаты. А я еще удивлялась, что это вдруг с курткой случилось.

В общем, первая вещь, которую Варю будет покупать, когда начнет работать, это мне новую куртку.
А так: дети - это наше счастье. И это те, кого мы всегда будем любить, несмотря ни на что.

(no subject)

- Если она узнает, что он меня пригласил погулять, будет в бешенстве.
- Почему?
- Она считает, что все парни вокруг только ее любят. Поэтому сейчас так ненавидит меня. Если бы я была той самой bitch, я бы ей сказала: знаешь в этой компании они со всеми это проделывают, целуются с тобой и говорят тебе про другую: а, эта, фу, она такая уродина. А потом целуются с этой, которую называли уродиной, и говорят то же самое про других. Все одно и то же. Но я не стала ей говорить об этом. Зачем? И что забавно, ее же из предыдущей компании выгнали ровно за вот это - она там умудрилась поцеловаться со всеми. Ее даже на Новый год не пригласили. Потом она встретила нашу компанию и возненавидела меня.
- За что? Она же делает то же самое.
- Вот это меня и удивляет, она такая же как я и почему-то ненавидит меня. Странно. А с этим, который меня пригласил погулять, они, вроде как, друзья детства. Родители дружат. И мечтают о том, что их дети будут парой. Они просто друзья. Но я знаю, в каком она будет бешенстве, когда узнает.
Collapse )

(no subject)

Поругалась с деточкой. По телефону. Вопила в трубку:
- ах так, полвторого ночи, понедельник, Ты в рюмочной. Бросай универ, иди работать. Завтра проснешься в четыре. Ура.
Деточка сохраняла спокойствие, требовала передать трубку папе, который на заднем фоне хихикал и даже немножко пританцовывал. Иногда говорил:
- Человеку - девятнадцать лет, что ты от нее хочешь? - В девятнадцать лет я еще пыталась усердно учиться. Правда, сейчас понятно, что непонятно зачем и был ли от этого какой-либо толк, потому как я после наверстывала вот это вот - девятнадцать лет, понедельник, полвторого, рюмошная, подругу бросил парень, я ее утешаю, мои родители, вернее мама, сходят с ума.

Рислинг пахнет бычками у меня постковидной. Жаль, конечно. Вот Варин папа уверяет, что рислинг пахнет божественно, этот конкретно рислинг. Вкус ок. Но пахнет бычками сигаретными. Обидно. Вернется ли когда-нибудь вкус? Кем будут твои дети, когда вырастут? Будет ли толк из тебя лично, когда ты вырастешь? И когда-нибудь оно наступит, когда ты, лично ты, наконец-то вырастешь? И почему раньше можно было все и всех бросить, занять денег и уехать в Лондон, а нынче даже на Стамбул не разориться.

На Нонфикшн один из психологов советовал, цитирую не дословно: при любой непонятной ситуации занимайся самоудовлетворением. Книга там еще была про секс. Размышляю, можно ли рислинг считать самоудовлетворением, если при этом болит голова?

- Зачем, зачем ты мне звонишь каждый час?
- Потому что я сегодня тревожная мама?
- Суслик разъяренный, - комментарий Вариного папы где-то из-за моего плеча.
- Вовсе и нет. Просто тревожный.

И как когда-то выкрикивала Виви своей деточке, из которой выросла очень достойная деточка: чтобы у тебя дети сразу тинейджерами рождались.

- В кого у нас такой ребенок родился? - вопрошает Варин папа.
- Я и ты, в кого, странно, да?
- Ты всегда был бешеным и вот это вот - удивительная способность находить себе разные приключения.
- На себя посмотри.
- Я относительно тебя, сама знаешь.
- Я давно уже не по приключениям. Солидная мадама.
- Возраст, оно понятно.
- Хотя, если двенадцать суток можно считать приключением, то я все еще могу всех удивить.

(no subject)

Понимаете, я же ни какой ни борец с режимом. Я про повеселиться. Я про портреты. Я про странных людей, к которым приставать и снимать их. Почему-то приходится выходить, идти, смотреть, нажимать на кнопку, чтобы оставалось в истории. И бесконечно разговаривать.

- Привет, - говорит мне кто-то с маской.
- Ты кто? - спрашиваю, - стягиваю маску с его лица.
- Я - Слава.
- Ой, Слава. С этими масками никого не узнаешь. Божечки, Слава, какие у тебя красивые отблески в глазах от этого сугроба. Стой, я сейчас твой портрет сниму.
- Ну, вот Лена пришла на митинг, а все про портреты.
Collapse )

(no subject)

Безнадега какая-то. Думается, исключительно, об обысках и арестах, о запугивании. О том, что есть дети. Родители старенькие. Что надо выплачивать кредит еще три года. Что за одного ребенка надо платить - универ, проживание. Родителям - лекарства и к пенсии добавлять. И если даже хотя бы один из нас попадает под репрессии, второму тяжело придется.
И если каждый так как я думает, получается, что ребята в тюрьмах так и будут сидеть, обыски будут продолжаться? У каждого есть семья, дети, родители старенькие. И мы заложники этой ситуации? А жизнь только одна. Кто-то вот так и родился при Сталине и умер при Сталине.

Хорошо, что у меня есть Варин папа, который вовремя скажет - ничто не вечно, никогда не знаешь, куда повернет, и что случится завтра, не запаривайся, как-нибудь разрулится.
А я вот размышляю на следующую тему - надо будет устроить съемочный день - может быть в кафе, может быть студию снять, чтобы каждый мог прийти за пожертвование сняться, а деньги на оплату штрафов. Их сейчас будет много. Только надо понять, сколько готово будет прийти, чтобы снимать студию или кафе, к примеру. И, кстати, если есть на примете симпатичные кафе, где не будут возмущаться, если люди будут сниматься, можете в комментах оставлять?
И да, жизнь продолжается, а в воскресенье все равно пойду.
А вот если бы у меня было много-много бабла, я теперь бы его, исключительно, на поддержку смелых бы тратила. И тех, кто поддерживает смелых. Может, кстати, не такая уж и безнадега.

(no subject)

И я как все. Открыла себе аккаунт https://www.minds.com/register?referrer=erostunova Буду туда перепосты делать. И детей в трусах и лифчиках там грузить можно. Надо, кстати, проверить, можно ли там ню постить. Судя по всему, да. Mewe пока не дает открыть аккаунт, говорит - ждите. Так что если что, давайте добавляться. Также обнаружила несколько граждан, которые меня забанили здесь. А там свободно можно подглядывать за их жизнью, прямо вау. Отсюда не ухожу, если что

(no subject)

Ночью снился круизный корабль, проплывавший по неведомой причине мимо замка Сант Мишель, там где сплошные топи. Новый год должен был случиться буквально вот-вот. Через пару тройку часов. Мне же надо было зайти в номер и взять несколько вещей. Лифт случайно остановился совсем не на том этаже. Я не заметила и вышла в незнакомый город. На некоторых этажах с помощью лифта можно было попасть в разные неожиданные города.
Это был маленький испанский захолустный город, темнота. Лифт еще тут же закрылся и ушел. Вход в него должен был быть совсем в другом месте, его еще предстояло найти.
Темнота, мусорные баки, собака с привязанной жестянкой на хвосте, пробегающая мимо. До Нового года считанные часы, и уже понятно, что выход я так быстро не найду. И еще у меня нет с собой телефона.
А картинка такая красивая как у американского фотографа Уильяма Эгглстона, такие сумерки.

Варя сегодня ходила к разным врачам. Гастроэнтеролог сообщил, что у нее нынче все намного лучше чем два года назад. Но несколько раздражен кишечник, так что надо бы пропить курс.
- Доктор, а можно ли мне алкоголь?
- А сколько вам лет? Девятнадцать? Ну один бокал белого сухого. Думаю, не повредит.
- И папа, - рассказывает мне Варвара, - он такой сразу глаза отводит.
- Ага, она потом в коридоре: эээ, мне что нельзя водку? У нас на выходных тусовка намечается на даче. И я ей: тише, не кричи на всю больницу, мне стыдно.
- А тебе почему стыдно? - уточняю я, намекая на разные непростые местами отношения у Вариного папы с разными спиртными напитками.
Collapse )

(no subject)

Сначала в комнату заглянул сын Лева. Блондин. За метр восемьдесят. Бицепсы. Все дела.
- Спокойной ночи, - сказал сын Лева и закрыл дверь. Типа, спать пошел. Через полчаса дверь открылась. Деточка Варя посмотрела на нас с некоторым укором:
- Вы что до сих пор не спите? - удивилась она.
- А в чем проблема? - спросил Варин папа.
- Тише, Лева спит, - сообщила я.
- Ни в чем, - ответила деточка Варя и закрыла дверь. Когда мы покупали эту самую квартиру, я вот думала, что сделаю из одной комнаты студию. Кто бы мог подумать, что однажды мы опять будем жить все вместе. У всех будут свои комнаты. У нас с Вариным папой - одна на двоих. В соседней комнате граждане дети будут обсуждать "как они качают бедро" и в каком положении лучше качаются бицепсы. Никогда не знаешь, что тебя ждет в этом самом будущем. Так интересно и увлекательно.

(no subject)

Опять отключали электричество. Интересно, а капремонт - это очень долгая штука? Когда на целый день отключают электричество, жить становится проблематично.
Так что вышла из дома, и, неожиданно вдруг оказалась в съемной старой квартире с ванной на кухне, обдирающей обои. Много-много слоев. Потайная дверь под ними. Газеты пожелтевшие.Обрывки фраз - стоит ли ради коммунистических идей жертвовать семьей, женой, детьми?

Шли от Лубянки на Каланчевскую, местами незнакомые проулки. Время такое интересное. Как будто опять где-то не очень много лет, бредешь сквозь сумеречную Москву, разглядываешь вывески, витрины, окна. И тебе красиво.
- Дворники к нему приходили, говорили, участковый интересуется, когда он это безобразие перестанет в окнах выставлять, - мы как раз шли мимо окон знакомого художника.

- Варя, - спрашиваю, - а ты сегодня училась? А вчера?
- Вчера нет, пришли рэпперы и мы общались. Правда, я, в основном, с Янкой.
- Как в старые добрые времена.
- Сегодня я читала книжку целый день. Может быть вечером поучусь.
- Ага, а кто-то сообщал, что у Яны с Мотей для тебя целая комната свободная, так что ты там точно сможешь учиться.
- Не волнуйся, все под контролем.
- Знаешь, сколько моих знакомых где-то через год узнали, что их дети отчислены из универа.
- Видишь, как хорошо, что я тебе все рассказываю, и не обманываю. Не волнуйся.

- А что, Вари сегодня не будет? - спрашивает сын Лева.
- Соскучился?
- Нет, просто спрашиваю.
Дома теперь всегда аншлаг. Так интересно стало.