Category: путешествия

Category was added automatically. Read all entries about "путешествия".

(no subject)

а еще я сегодня в пресс-тур ездила в Киржач и по дороге еще в одно место заехала. В полном восторге. И от поездки и от людей. Картинки обработаю, выложу и напишу. А так что-то уныло мне. Про Навального не могу не думать, про деточек этих не могу не думать, которых вчера судили, про Полину с Павлом Грин-Романовыми не могу не думать, про всех, кто несправедливо осужден и судить, не могу не думать. Беда просто. Сидишь дома, буковки набираешь, а человек сейчас возьмет и умрет. И все такие - сам дурак, нечего было возвращаться

Сидим сегодня с товарищами из пресс-пула, чай пьем с вареньем апельсиново-тыквенным, плюшками заедаем. Одна девушка говорит:
- Мне же нельзя это все. Я же худею. Вот съездила в Турцию намедни на четыре дня в отель - все включено. И плюс три килограмма.

И тут я, еле сдержалась, чтобы не сказать:
- Отсидела двенадцать дней Мневники-Сахарово, на казенных харчах и передачах - плюс два кило. Ужас просто.

С таким трудом себя сдерживаю. Чаще всего обычные люди впадают в дикую задумчивость и долго молчат.
Последний раз я одному заказчику такое случайно сказала. Что-то на тему - а у нас в тюрьме... Полагаю, он больше не заказчик. Государственная контора была. Ну то есть не жалко, конечно. Но все время забываешь о возможной реакции. А то тут, советчиков у нас у всех много, на мое очередное, что делать, что делать - кроме донатов, ума не приложу что делать, один советчик написал - донаты учетверить. А как же их учетверить, если заказчик вдруг раз и слинял? Потому что ты опять не сдержался.

(no subject)

Посмотрели "Великая красота" Соррентино. Ночной Рим, красивый стареющий мужчина, свет, который раньше кинокритики, наверняка, бы раскритиковали. Никакой проработки в тенях, никаких градаций. Все время залипаю во всех фильмах: как поставлен свет, как отработал стилист по костюмам, что там с декорациями, фальшивят ли актеры?

Наверное, 2014. Мы с Мартой только что вернулись в Лондон из Барселоны. Может быть ноябрь? В Барселоне прохладно. В Барселоне бабушка Марты кормит нас паэльей и выдает запасное одеяло.
"В этой квартире когда-то еще родился мой дедушка", - говорит мне Марта.

Дани уговаривает нас сгонять в Рим. На дня четыре. Билеты что-то около пятнадцати фунтов туда и обратно. Забронировал хостел, комната на троих. Хозяйка - русская. Хостел недалеко от Колизея.

Марта каждое утро с картой Рима в руках и большими планами.
Мы с Даней за ней плетемся, эдаких два раздолбая. Нам более-менее все равно. Хорошо, когда есть кто-то, кто все решает за тебя.
Дане - двадцать три, Марте - двадцать девять и мне - сорок шесть. Хозяйка хостела, вечно пьяная, с сигаретой в руках, даже деньги не сразу взяла, с удивлением: вы кем друг другу приходитесь? Всего лишь соседи по дому. Но кого волнует. Пусть использует свое воображение.

Рим, Марта забронировала билеты в галерею Боргезе. День третий. Дождь. Не жара. Мы с Даней лежим на спине на скамье в центре зала с картинами, рассматриваем фрески на потолке и смеемся, как два идиотика.

Марта ходит кругами в наушниках, слушает аудиогид. Вид серьезный. После галереи у Марты большие планы, куда-то там на другой конец Рима поехать. Успеть объять все.

У меня промокшие ноги и совсем другие планы. Я хочу слинять к Славе. Если сказать об этом Марте, будет скандал и трагедия. Уговариваю Марту заехать домой, переодеться. Марта недовольна. Скандал назревает. Так что в хостеле сообщаю, пожалуй, останусь дома и лягу спать. Скандал. Хлопанье дверями. Даня обнимает, так чтобы Марта не увидела. И они удаляются в ресторан и, даже может быть, ночной гейский клуб. Я звоню Славе. Она заезжает за мной и мы несется по Риму так, что редкие прохожие успевают все-таки отскочить. Мы приятно сидим в ресторане, пьем вино, болтаем обо всем на свете.

Я успеваю домой до прихода этих двух. Я даже успеваю залезть в постель, перед тем как они возвращаются перевозбужденные и пьяные. Дани успевает еще найти в гриндере молодого человека, сходить к нему на свидание и совершить акт любви, в тот момент, когда мы спим. Утром мы все миримся. Я клянусь всем чем только можно, что как только они ушли, я так расстроилась, что сразу уснула. Дани притворяется, что верит. Счастлив, что мы с Мартой помирились.

Марта рассказывает, как они сидели в ресторане, пошел дождь. И там такие были миленькие розовые пледы с клубничками, что она не устояла и решила стащить. Знаете, такие синтетические плюшевые пледы, которые можно купить за пару фунтов в Праймарке. Марта любит все розовое. Мы всегда дарим ей все розовое. Марта рассказывает как они бежали с этим пледом с клубничками. Так что забыли Мартин зонтик за пятьдесят фунтов.
Мы еще успеваем сходить к Колизею. Позже бьемся за место в автобусе в аэропорт. Потому что Марта не хочет ехать на электричке - слишком дорого. Взмываем в небо навстречу Лондону. На борту есть интернет. Рим удался.

Позже. В эпоху ковида Слава пошлет меня подальше. Я так и научусь к своим пятидесяти ходить строем и верить страшилкам. Так что меня провозгласят убивцей старушек, нехорошим человеком и пожелают мне всего хорошего, в смысле, побыстрее что-нибудь подхватить. Дани нынче в Австралии. Все так же тощ. Все так же красив. Все также ощущается семьей. Как ни странно, он в этой самой Австралии со своим бойфрендом уже пару лет как. Занимается организацией больших галла-концертов, этим он и в Лондоне занимался.
Марта - в Барселоне с собачкой Лолой, доставшейся по наследству. Совершенствуется в навыках пошива красивого женского белья. Иногда звонит и говорит с непередаваемым испанским акцентом - дарлинг, как ты там, я скучаю.

Про меня все и так понятно. Я неизменно на арене фейсбука.
И тут Рим, Соррентино.
- Как только откроются границы, я отвезу тебя в Рим. Будем пьянствовать где-нибудь с видом на пиньи. Париж мне так не зашел, - говорю я Вариному папе.

Я так и не обработала картинки из Рима осени две тысячи четырнадцатого, где я учусь в лондонской академии искусства, изучаю фотографию моды, снимаю комнату в доме, где кроме меня еще человек пять-шесть и мы одна семья. На картинках Марта с картой в розовых клетчатых штанах, желтом топе, Даня в драных джинсах с острыми коленками, смущенно улыбающийся, я за кадром. Доковидная эпоха.

(no subject)

Варя прилетела. Мы успели поругаться, помириться и еще раз обидеться и опять помириться. Обычная история.
Выходит эта такая деточка в маске и в первый момент не узнаешь. Эта идиотская маска, люди роботы за ней. Мы еще потом в лифте спускались. И одна дама Вариному папе, не успел на подбородок надеть - как это вы без маски? На даме респиратор, который на выдох все выделяет в воздух. Абсолютно защищена.
- У нас антитела, - говорю, - мильон. Мы для вас не опасны, - мы и так для нее не опасны. Она для нас опасна в своем респираторе. И человек человеку - химическое орудие, - вот у меня даже запах еще не вернулся.
- Ой, значит вы больны, - вскрикивает она. У большинства лифта маски на подбородке, Варин папа спешно натягивает на себя маску - он не конфликтный. Зачем человека расстраивать.
- Это почему я еще больна? Запах может никогда не вернуться. Всего-то третий месяц пошел.
- Правда? Везучие вы, переболели, - говорит она. Варя потом еще перед ними в очереди на сдачу теста на ПЦР стоит. Дама смотрит в телефончик, периодически вскрикивая своей дочери - перестань тупить в телефон, выключи телефон немедленно. Дочке тяжело. Даму тоже жалко.

Вдруг на фейсбуке ролик про животных в зоопарке. И такое четкое - ужас. Абсолютный. Воспоминание, как ты по клетке взад-вперед ходишь и ходишь, наматываешь круги. И у тебя час. А на улице мороз в минус двадцать. Никаких больше зоопарков. Пленник в клетке.

Голова совсем что-то утомляет. Болит и болит. По этому поводу сегодня пью вино.
- Надо себе кого-нибудь найти для путешествий. Засада, когда дружишь с молодыми, у них нет ни времени ни денег для путешествий.
- Это правда.
Собственные дети никогда не готовы со мной путешествовать. Варин папа любит, когда я куда-нибудь отваливаю и он такой дома один. Один дома.
- Тебе же нравилось путешествовать одной, - удивляется Лева.
- Иногда хочется это делать не в одиночку, - отвечаю.

И нынче меня еще сильно парит - пьешь болеутоляющее, а утром - фингалы под глазами. Замкнутый круг какой-то. Вдруг сильно стали парить изменения во внешности. Все эти старения и все-такое. Тот самый момент, когда ты становишься абсолютно невидимым для большей части населения.
- Все просто, - говорю я Вариному папе, - надо радикально изменить внешний вид.
- Ага, зеленый хаер и все твои.
- Ну нет, к такому фриковству я пока не готова.

- Радек, я старею.
- И я.
- Ты еще нет. Ты всегда будешь выделяться из толпы.
- И ты тоже.
- Ну нет, это только если как Чад.
- А ты видела, его в Воге публиковали.
- Да, видела. Но я тоже не готова как Чад. Интересно, Домас все еще шьет ему наряды. И где Доми?
- Приезжай в Варшаву?
- Нелегально через границу? У меня даже визы нет.

В общем, очередной странный период. Все плохо, голова болит, алкоголь по-прежнему бодрит, книжки, картинки снимаются, просыпаешься после полудня и по-прежнему все еще юн внутри. И тут болит, и там отваливается. Это, кстати, интересно. В комплексе. Эдакий комплексный обед.

(no subject)

На сегодняшнем зум-английском, да, я все продолжаю это безобразие, аргентинский Пабло из Барселоны отвечает на вопрос - прошлая неделя, чем вы наслаждались? Пабло говорит:
- На прошлой неделе мы с дружбанами ходили на пляж и играли в волейбол.
На пляж они ходили на прошлой неделе. А в гидрике, наверняка, уже можно было купаться. У нас, впрочем, под домом такие лужи, что тоже уже можно купаться. Зимние заплывы. Моржи на старте.
Параллельно отправила клиенту портфолио. Пришел вопрос - а это же ваши фотографии? Долго думала.

(no subject)

Предполагалось убраться в студии, переставить диваны. У меня были большие планы. Так что в восемь я проснулась. Не спалось. Часик пялилась в экранчик ноута. В девять захотелось спать. Легли накануне в три. Так до полпервого и спалось.

Какая-то у меня последние лет двадцать пенсионерская жизнь, просыпаюсь хаотично. На работу каждый день не хожу.

Давали солнце. Так что к четырем захотелось прогуляться. Думала зайти в фикспрайс, там чудесные фаянсовые ананансы продавались за сто девяносто девять. Уже вот даже видела картинку с ними. Солнце поджигало листву на встречных деревьях, так что повернула в Новоспасский монастырь, посмотреть, что там нового. Пару месяцев не была. Еще и Вера позвонила, которая живет на той стороне реки. Типа, сейчас я к тебе на трамвае приеду. Пара остановок.
Перед Новоспасским расчистили площадку. Раньше там была невнятная автойстоянка, за ней бездомные обычно ночевали. А тут красота. Скверик, дорожки и отличный вид на Новоспасский.

В монастыре блогерши в платочках ходили по газонам, снимали бузину и ранетки. Пока их охранник не попросил не ходить все-таки по газонам. Так вежливо попросил, что у меня чуть обморок не случился.
Пока ждала Веру, приобрела в ларечке мыло кедровое с запахом апельсина и корицы. За сто пятьдесять рублей.

Прошлись с Верой нашим обычным карантинным маршрутом. За монастырем ушли в дворы, по бульварам вышли к мосту напротив высотки на Котельнической, ушли в сторону Новокузнецкой, покормили меня в братьях Караваевых пюрешкой и морковными котлетами, там аншлаг был. Пришли к Вере в гости. Вера сделала мне гирлянду для моих новогодних фотосессий. Олег предлагал коньяк. Но я в фазе большой головной боли, боюсь. Котенок прыгал за мячиком. Гирлянда такая вся шариками красивыми.

Деточка звонила опять грустная. Сколько же будет потерь после этого прекрасного карантина. Нет, безусловно, есть те, кому отлично, кто потерпит, у кого отлично просто все вот так сидячи дома в полной изоляции. О других можно не беспокоиться. Главное, спастись, главное, чтобы не ковид. Right?

"И вот сидим мы такие за столом. Три пары. Они ужин приготовили. Я смотрю в окно, думаю, что я здесь делаю, я здесь чужая, совсем "

Что касается меня, жду этого идиотского аусвайса собственной деточки с нетерпением. Впрочем, Варя написала письмо в магистрат с просьбой выдать "временную визу", которая позволяет, пока ты ждешь аусвайса, сгонять домой.

- Не волнуйся, я зашла к Полине. Она живет недалеко от меня, так что если меня остановит полиция на улице, я могу сказать, что у меня ментальный срыв, поэтому мне необходимо было выйти на улицу. Я справлюсь.

Буду завтра гирлянду вешать.
А также "Любовь и анархия" - шведский сериал, очень-очень. До этого мы посмотрели Королевский гамбит.Он тоже ничего был. Красивый. Но этот как-то поэнергичнее

(no subject)

В сентябре с 14 по 17 обычно всегда неделя моды в Лондоне. С 2014 года регулярно ездила снимать людей на улицах, пришедших на показы, самых модных модников. В этом году недели моды перевели в онлайн. Мой приятель, там же и познакомилась - на улице и снимала из года в год, встречая на этом событии, вчера сделал селфи, красиво одет, пишет - собираюсь на неделю моды. Я даже заволновалась, подумала, вдруг что-то пропустила.

Написала ему, как обидно, что мы все застряли кто где, и что правительства разных стран решили, что они вправе ограничивать нашу свободу.

На что он отвечает - наша свобода внутри нас. Ничего страшного.

Тут же приходит еще одна знакомая модница из Лондона и пишет - ничего страшного, нарядиться поярче и вперед. Свобода - внутри тебя.

И что-то так обидно стало. Флорина содержат. Флорин из Парижа. И за этот период с января успел пропутешествовать по Европе, сгонять домой в Париж, вернуться в Лондон.

Вторая дама сидит на пособии и тоже не очень сильно себе в чем-то отказывает. В такой ситуации, наверняка, очень удобно провозглашать - свобода - внутри тебя и никто не может тебя ее лишить.

И вот эти три мальчика из Англии, которые застряли в Италии. Вчера кто-то запостил про них статью. Я нашла их на фейсбуке. Сегодня они вынуждены были оправдываться почему они поехали в Италию - они поехали преподавать английский. И они пишут - вы прочитайте, почему мы здесь. Мы думали, что должны помочь многострадальной Италии, которая так много людей потеряла в пандемию.

Написала им, что даже если бы они просто поехали в Италию путешествовать, никто не имеет права лишать их свободы под эгидой - карантин. И что не надо оправдываться перед идиотами.

(no subject)

сегодня из хорошего - Навального вывели из комы. И он реагирует на речь. Это - ура. Хотя все равно не понятно, насколько он сможет восстановиться.

Из, даже не знаю, как это назвать, когда у человека нет стыда совсем - ответ Рошаль Юлии Навальной. И опять - зачем? А мог бы остаться приличным человеком. Но не смог.

Сыну Леве сделали операцию. Плановую. Восстановили связку. Сегодня сын Лева интересовался, сможет ли он снова играть в футбол.
Мы к нему и не собирались. Смысл какой, если сегодня с утра он ушел на операцию, а завтра его надо будет с утра забрать домой.
Но в три сын Лева в семейный чатик написал:
- А вы ко мне собираетесь приходить?
Мы совсем не собирались. Но пришлось собраться.
- Зачем мы ему там нужны были? - спрашиваю, - хорошая частная клиника, все милы. Даже охранник абсолютно нормален.
- Это чтобы себя мясом не чувствовать, - говорит Варин папа, - одиноко в таких местах. Помнишь, он рассказывал, какая клиника в Гонконге? Как дорогой отель или санаторий в джунглях. И здесь.
В общем, просидели у Левы целый час. Сделали картинок в сториз. И домой пошли.

Деточке Варе удалось отловить Масу и забрать договор. И из второй общаги, куда она переезжает, пришел договор на год. Так что завтра деточка Варя отправит почтой документы на продление ВНЖ. Пока без бумажки из универа, что поступила. Бумажка, видимо, придет после того, как ВНЖ закончится. Донесет потом, если поступила.

Занятно, сижу и жду, когда же придет бумажка о зачислении. Но уже расслабилась и не волнуюсь.
Уговариваю Вариного папу поехать в Турцию. Варин папа пока не может ехать в Турцию. Печалька.

(no subject)

я тут что-то подумала, ну еще и Лева с Сашей в гости пришли, типа, посильную помощь в составлении моего списка решили мне оказать.
Так вот, мой wish list

Collapse )

(no subject)

У деточки Варвары все хорошо. В пять утра деточка Варвара читала мой пост перед тем, как лечь спать.
Это был прекрасный вечер.
Много новых интересных людей.
- Отгадай, на кого это было похоже? На Затона. Все его истории. Он говорил: точно знаю, что ни у кого из вас не было такого опыта, какой был у меня. Я с двенадцати лет живу один, сначала Гонконг, потом ЮАР, потом Америка. Меня депортировали из Америки, в связи с моими криминальными делами. Вот кто-нибудь из вас отстреливался в шестнадцать лет, а убивал кого-нибудь случайно в эти же самые шестнадцать лет?
Collapse )

(no subject)

Раньше, когда мне было грустно и мы еще одновременно ссорились с Вариным папой, я звонила сыну Леве. Как известно, Москва никогда не спит. И позвонив, всегда можно было ожидать, что где-нибудь на тусовке, но выйдет в тихое место и будет терпеливо слушать, говорить дурацкое - все будет хорошо, не расстраивайся, разберемся. И отпустит.

Нынче сын Лева живет в Гонконге. Пять часов разницы. Так что, когда вдруг бывает грустно ночью, понятно, что у кого-то шесть утра и в это время все обычно спят. Как-то уже вот так не позвонишь.
Collapse )